Академия моей любви

Главная из них – я действовала наощупь, поддаваясь интуиции и какому-то странному наитию. Знаний о способах магического внушения по-прежнему не имелось, но казалось, я знаю, как поступить.

Вот и выходило… Пока спускались по лестнице, я концентрировала энергию в своём теле и перекачивала её в голову. А когда ступили на двор, выдохнула тонкое щупальце, которое тут же устремилось к голове альфы и впилось в висок, образуя призрачную пуповину.

В этот миг перед глазами заметно поплыло, но я сконцентрировалась, и стала пересылать по щупальцу заранее приготовленный образ…

Каково же было моё удивление, когда Кирейн вдруг заявил:

– Рина, подожди минуту!

Он сорвался с места и рванул вперёд.

На дальней стене, над арками, под одним из окон висел большой каменный вазон с вьющейся розой. Вазон висел высоко, совершенно недоступно, но оборотень ускорился и взбежал по этой стене в лучших традициях фантастических боевиков.

В этом то ли забеге, то ли полёте, Кир умудрился отломить цветок и самодовольно завис на одном из уступов.

Спускался он как обезьянка – прыгая и цепляясь за редкие выступы, а я стояла и не дышала. Ментального жгутика уже не было, он порвался, но само внушение сработало. Ведь именно образ вазона я транслировала оборотню, с намёком, что неплохо бы подарить даме цветы.

За спиной горделиво забурчали дружки, а я вспыхнула – вся, от макушки и до пяток. Цветок принимала как великую драгоценность, и… гадко, наверное, но мне было немного плевать, что Кирейну за такую романтику однозначно влетит.

Зейн будет зол! Но у меня получилось и, что особенно приятно, никто ничего не заметил. Впрочем, главное не слишком обольщаться этой победой и действовать осторожно.

То есть никуда не торопимся! Желание поковыряться в голове Оуэна вот прямо сейчас, за завтраком, душим в зародыше и ждём назначенного свидания. Воздействовать на мозг запрещённой ментальной магией будем наедине!"

"Зейн

Утро началось гадко – моя почти супруга явилась в столовую румяная, с розой в руке и в компании блохастого.

Кирейн выпячивал грудь, а Ринабелла краснела, как воспитанница какого-нибудь пансиона, и улыбалась, словно очарованная дурочка.

Улыбалась! Оборотню! И так, как никогда не улыбалась мне!

Не сдержавшись, я тихо зарычал, а сидевший рядом кузен издевательски фыркнул. Кстати, Оуэн тоже пришёл в столовую в подозрительно хорошем настроении – может оборотни подарили цветы и ему?

Я перевёл взгляд на кузена и окатил его таким холодом, что оуэновская улыбка моментально завяла. Зато у этого идиота родился комментарий:

– Ну а как ты хотел? Мы не во дворце, тут естественная конкурентная среда.

Намёк как плевок.