Любви много не бывает!

Ладонь скользнула с талии на ягодицы, Громов зарычал мне в губы:

— Соблазнять меня приехала, ведьма?

— А что, если да?

Я мягко толкнула его в грудь, спиной отошла к столу и присела на край, поманив Эда пальцем.

— Что это ты задумала?

Вместо ответа я оперлась обеими руками в столешницу и чуть отклонилась назад. Громов вздернул бровь.

— Тут?

— А что? Ты же сам предлагал.

— И ты меня после этого извращенцем назвала.

— А теперь передумала, — мурлыкнула я, проводя пальчиком от ключицы к груди, и довольно рассмеялась, когда Эд напал на меня.

— Здесь народу целый этаж, — рычал он, вонзаясь пальцами в мои бёдра.

— Пускай…

До дрожи заводила его реакция, по которой успела истосковаться за время его тренировок. Тихонько постанывала и ловила его поцелуи, задирая вверх футболку. Пусть его бойцы подождут, пусть подождет эта Женя и остальные, а мне хотелось убедиться, что кроме меня никто так не действует на Громова, никого он не целует так, как сейчас целовал меня.

С губ сорвался стон. Я отклонила голову назад, позволив ему впиться губами в мою шею, и чуть развела колени. Эд взял меня за бедра, крепче прижал к паху, и сводил с ума своим рваным дыханием, наглым напором, а страх, что нас могут в любую секунду застукать, только разогревал угли страсти.

И в тот момент, когда я почти обезумела и запустила пальцы к его ремню, чтобы расстегнуть, в дверь постучали.

— Эд, мы там закончили. Посмотришь?

Обреченно застонав, Громов уперся лбом в мое плечо и сжал пальцы на моих ягодицах. А мне хотелось выйти из кабинета и настучать этой боксерше по башке.

— Надо идти, Катюх, — невесело выдал Эд и чмокнул меня в губы. — Времени мало осталось, а мне облажаться ну вот вообще никак нельзя.

Я снова хотела рявкнуть на него, но вместо этого вспомнила Машу и постаралась улыбнуться.

— Иди, конечно. Если надо.

Громов еще раз тяжело вздохнул и вышел из кабинета, а я бесшумно зарычала от досады. Так не хотелось ощущать себя дурой, но именно ей я в итоге и оказалась. Однако после этой короткой встречи я убедилась в том, что Громову есть до меня дело. Он все так же пылко реагировал на меня, как и раньше, почти забыл о своих боксершах, а это уже немало.

Гадкое “почти” снова раздосадовало. Я спрыгнула со стола и решительно вышла в зал, где Эд уже вернулся к тренировкам, а кроме брюнетки Жени там оказались еще две девушки — блондинка и рыжая.

— ВиаГра перекачанная, блин, — буркнула я и задрала подбородок, обращаясь к Эду: — Я не попрощалась.

Под удивленными взглядами его учениц, подошла ближе и, положив ладони на его щетинистое лицо, притянула к себе и поцеловала так, чтобы ни у кого не осталось сомнений, чей это мужчина.

— Может, пораньше сегодня освободишься? — шепнула ему, оторвавшись, и Громов приподнял уголок губ."

"— Может, и освобожусь.