Холодное сердце. Другая история любви

Он как раз снял собственные башмаки и теперь пытался скользить по полу следом за ней! Она хихикнула, когда он поскользнулся, чуть не расквасив себе нос, но тут же собрался и заскользил уже увереннее. «А он быстро учится», – подумала Анна и засмеялась, едва сама не шлепнувшись на пол. Но на самом деле она совсем не боялась упасть: Ханс все время держался рядом, готовый подхватить ее в любой миг, и его сильные руки у нее на талии придавали ей уверенность.

– И правда весело, – сказал он. – В смысле, это не совсем то, чем я развлекаюсь у себя дома, но догадываюсь, почему тебе это нравится больше, чем танцевать с герцогом Варавским."

"На этот раз Анна не просто хихикнула, а от души расхохоталась, запрокинув голову. Оттолкнувшись ногой посильнее, она прокатилась как следует и замерла всего в нескольких дюймах от Ханса.

– Я ведь уже говорила тебе, что у меня было не так уж много возможностей научиться танцевать с другими людьми. Зато я всегда могла прийти в этот зал, чтобы покататься…

Она широко повела руками, очерчивая просторное помещение, но, к сожалению, чересчур размахнулась от возбуждения, не устояла на ногах и с силой ткнулась ему в грудь. В одно мгновение она успела услышать удар его сердца совсем рядом с ее собственным, а в следующее – они уже кучей-малой лежали на полу.

– Ой, прости, пожалуйста! – воскликнула она. – Опять я на тебя свалилась… Я не хотела, честное слово! Просто мои ноги всегда убегают вперед меня. Это так Герда все время говорит. А еще она говорит, что, если во всей комнате есть хоть что-то, что можно сломать, я непременно найду это и… – Ее голос стих, когда она постепенно осознала, что Ханс вовсе не торопится подниматься на ноги.

– Кажется, мне начинает нравиться, когда надо все время кого-то поддерживать и ловить, – сказал он, заправляя ей за ухо выбившуюся прядь волос.

Чувствуя, как ее кидает в жар, Анна застенчиво потупилась.

– Правда? – тихо спросила она.

– Правда, – с улыбкой подтвердил Ханс.

– Ну, тогда… тогда, наверное, я действительно должна тебе нравиться. – Как всегда, она ляпнула это, не подумав, и тут же смутилась еще больше.

– Мне тоже начинает приходить это в голову, – улыбнулся Ханс.

Некоторое время они просто продолжали лежать неподвижно в лунном свете, падавшем на них сквозь балконную дверь. Анне казалось, что они сейчас как будто единственные люди на всем белом свете. Она готова была поклясться, что в ее голове звучит чудесная музыка, а сердце гулко колотится в груди.

Она неохотно поднялась, разрушая волшебные чары.

– Наверное, нам следует вернуться на бал, – негромко сказала она. – Сестра наверняка удивляется, куда это я запропастилась.

Настроение ее тут же испортилось. Последнее, чего ей сейчас хотелось бы, – это вернуться в бальный зал.