Путь долга и любви

 — Просто ты сбежала, даже не попытавшись объясниться. А когда поступают подобным образом, то… сомнения возникают сами собой.

Я молчала. Просто молчала, потому что слов не было!

А вот это то самое, за что я ненавижу свет! Все лгут, по поводу и без!

— Прости, девочка, — вконец смутилась старушка. — Когда у тебя появятся собственные дети, ты меня поймёшь.

И столько всего в этих словах было, что я действительно злиться перестала.

Да, пожалуй, если бы речь шла о моём ребёнке… я бы, наверное, точно так же поступила.

— Терри ждёт под дверью твоих покоев, — сказала госпожа Вента. И уже не мне, горничной: — Бетти, поставь на стол ещё один прибор. Этот несносный мальчишка тоже будет пить чай.

— С чего вы взяли, что Кирстен под дверью? — вклинилась я.

Хозяйка замка на озере одарила робкой улыбкой разоблачённого плута и сказала:

— Я слишком хорошо знаю своего внука, Эмелис. И я уверена — он там.

А вот у меня уверенности не было. Тем не менее я отодвинула стул, вышла из-за стола и направилась к двери.

Поворот ручки, рывок, и…

— Эмелис?"

"У Кирстена, в отличие от меня, ни компаньонок, ни воспитательниц не имелось, так что подпирать стену напротив двери моих покоев ему никто не запрещал. Более того — младший принц даже не пытался притворяться, что просто «шёл мимо» или остановился здесь, чтобы полюбоваться светлым мрамором пола и серыми камнями стен. Просто стоял и ждал! Точно зная, что рано или поздно кто-нибудь да появится. Вот только увидеть именно меня явно не ожидал и заметно растерялся.

Я тоже растерялась, потому что… в общем, тоже не ожидала. Когда открывала дверь, сердце замерло в предвкушении, душа исполнилась надежд, но я всё равно не верила.

Увидев меня, боевик отлепился от стены, но приблизиться не решился. На лице отразилось беспокойство.

— Эмелис? — вновь позвал синеглазый.

Он был одет в светлый камзол, светлую же рубашку, а ещё причёсан и щетина покороче стала. Интересно, а позавтракать успел?

— Кирстен, я тебя задушу.

Брюнет сделал два шага вперёд, потом плюнул на приличия и подошёл вплотную.

— Что случилось? — хрипло спросил он.

Я тоже о приличиях позабыла — встала на цыпочки, обвила его шею руками и призналась:

— Я ужасно за тебя испугалась.

Пояснений Киру не требовалось…

— Любимая… — простонал он, притягивая ближе и зарываясь носом в мои волосы. — Да что мне сделается?

Что? Но я ведь уже сказала, что тебе сделается. Задушу! Сама! Вот этими самыми руками!

Из сладкого плена вырвал ворчливый голос госпожи Венты…

— Терри, Эмелис, я всё понимаю, но не могли бы вы обниматься в покоях, а не на пороге? Слуги, конечно, надёжны, но в этом крыле и придворные бывают, а им языки не свяжешь.

Младший принц заметно вздрогнул и поднял голову. И тут же услышал:

— Нет, Терри, ты не прощён.