Любви больше нет

Доработать, распрощаться с гостями, пожелать им счастливого пути и забыть, как страшный сон.

Еще десять минут…

Мимо меня дефилирует кожаная задница.

На хрен.

Скрипнув зубами, поднимаюсь из-за стола и, бросив на ходу:

– Извиняюсь. У меня срочное дело, – покидаю кабинет.

Легче не становится, воздуха все так же не хватает. Поэтому дергаю узел на галстуке, потом и вовсе срываю его, зло сжав в кулаке.

Это самый дебильный день в моей жизни, потому что вместо того, чтобы заниматься тем, чем положено, я позорно сбегаю, испугавшись собственных желаний. Сваливаю в кофейню напротив, занимаю место у окна и тупо сижу, разминая холодными пальцами виски.

– Ваш кофе, – знакомая официантка ставит передо мной кружку, от которой за версту несет кардамоном. Рот моментально наполняется слюной, но я не делаю ни единого глотка. Не могу.

Так проходит не меньше часа. За это время мне пару раз звонит Елецкий, но я не отвечаю. Вместо этого переписываюсь с Таськой. Она присылает мне забавные картинки и фотки из своего салона, а я как дурак улыбаюсь. Но улыбка нервная, и полный раздрай за грудиной.

Сколько ни откладывай, но наступает время возвращаться в офис. Кое-как мне удается взять себя в руки и натянуть потрепанную маску уверенного в себе бизнесмена.

Все будет хорошо. Все непременно будет хорошо. Не может не быть…

– Максим Владимирович! – начинает Елецкий, стоит мне только переступить порог кабинета, – я вам звонил.

– Я не мог ответить, – вру, чувствуя на себе змеиный взгляд, – что-то случилось?

– Звонили от инвесторов. Их так заинтересовал наш проект, что запрашивают дополнительный пакет документов и расчеты на большую мощность производства.

Здорово, но…

– Это огромная работа. Не на один день. И не только с нашей стороны."

"– Мы посовещались и решили оставить Веру Андреевну вам в помощь, – встревает Антон, – задержится здесь на сколько потребуется.

Она кивает со всей ответственностью, а я рад, что появилась новая задача, и тут же остервенением хватаюсь за нее.

Это спасает. На некоторое время.

На улице уже темнее, когда мы заканчиваем с текучкой. Гости собираются, я провожаю их до выхода, благодарю за плодотворное сотрудничество и желаю счастливого пути. Даже Алексе и той жму руку на прощание, мысленно желая, чтобы наши пути никогда не пересеклись.

Они уезжают, а я возвращаюсь в пустынный офис, чтобы завершить некоторые моменты. Осталось-то всего ничего. Полчаса или час и можно идти домой, наконец, покончив с этим дурацким днем. И я даже думаю, что у меня это получится.

Дурак.

Когда раздается стук в дверь, я, не отрываясь от монитора, громко произношу:

– Войдите.

И через миг снова улавливаю тот самый запах, который последние дни сводил меня с ума.