Бесконечность любви, бесконечность печали.

Продолжая ойкать и постанывать, Лежнивец наблюдала за приближающейся женщиной. Сомнений не оставалось: Проскурина.

-      Попробую наступить, - быстро выдернула она ногу из ладоней Вадима, сунула в туфлю и сделала маленький шажок. - Ой! Нет, не смогу! - чуть не плача, посмотрела она умоляюще на Вадима. -Вывих. Или растяжение. Лифт, как назло, час назад сломался.

-      Ясно, - он глубоко вздохнул и предложил: - Давай донесу до кабинета. Держись за шею.

С этими словами Вадим довольно ловко взял Леру на руки и понес вверх по ступенькам, а она крепко обхватила его шею. На повороте лестничного марша Лежнивец посмотрела вниз: проходя мимо, женщина с пакетами остановилась и застыла, глядя на них. Встретившись с ней взглядом, Валерия в такт шагам коснулась губами щеки Вадима, шеи, посмотрела на него с нежностью, затем, торжествуя, снова перевела взгляд вниз.

Они давно скрылись из виду, а Катя так и осталась на месте. Только что на ее глазах в пух и в прах разлетелись и без того призрачные надежды на будущее.

«Вадим... Ты ведь болен! Что ты здесь делаешь?.. Неужели все эти годы ты продолжал ее любить? Вот для чего я тебе понадобилась - чтобы вернуть ее... Теперь понятно, зачем то досье на меня. Ты все просчитал, все подстроил, медленно и хладнокровно двигал меня к своей цели... Ты меня использовал... Одного не учел: во мне осталась твоя частичка. Но теперь ты об этом никогда не узнаешь, - закрыла она глаза и повторила, как клятву: - Ты никогда об этом не узнаешь! И никто никогда не узнает!»

-      Давайте, давайте, не задерживайтесь!- поторопила ее к выходу заждавшаяся охранница. - Похоже, это вас там ждут, - показала она рукой на крыльцо.

За стеклом мелькнуло лицо Вени.

-      Ну наконец-то! - перехватил он пакеты. - Всех через приемный покой выпускают, а тебя почему-то через главный вход. Почет и уважение известной журналистке? - не преминул он поерничать.

-      Катя! - окликнул ее еще один мужской голос.

Прижимая к груди букет тюльпанов, с другой стороны двери стоял Генрих.

-      С праздником! - широко улыбнувшись, протянул он цветы. - С Днем Святого Валентина! Держись за меня, здесь скользко, - любезно подставил он согнутую колечком руку. - Тебе надо беречься.

Недоуменно посмотрев на Вессенберга, на его развевающиеся на ветру светлые волосы, Катя бросила взгляд на ступеньки, на дорожку, на которой просматривались ледяные участки, и послушно вцепилась в его локоть...

Вадим донес Валерию до кабинета и аккуратно опустил на пол.

-      Ну как? - спросил он.

Лера для видимости пошевелила ногой.

-      Уже легче. Спасибо, - поблагодарила она и достала из кармана ключи.

Надо было торопиться.

Переступив порог, Лера быстро зашагала к окну, словно не подворачивала ногу и не стонала от боли несколько минут назад.