Бесконечность любви, бесконечность печали.

- Откуда вы знаете, у кого какой диагноз? Какое вам дело, что и кому назначают?

-      Ишь, защитница выискалась! - вывернула голову в ее сторону старожилка. - После абортов никак вылечиться не можешь? На-трахалась на свою голову, - с удвоенной силой набросилась она на новую жертву.

-      А хоть бы и так! Завидно? - с вызовом ответила молодая женщина. - В вашем возрасте любовные утехи - тю-тю! - уже небось и Память не держит. Если, конечно, было что держать.

-      Ах вот как? - задохнулась от гнева старожилка и тут же сорвалась на крик: - Шалава!

-      Ага! - ничуть не смутилась та. - С законным мужем по пять фаз в день и с большим удовольствием! Пока вы здесь ядом на всех брызжете! Представляю, как соседи радуются, что вас спровадили. И как всем полегчает, если вообще не вернетесь! Была и в нашем подъезде вам подобная. К счастью, была, да вся вышла - то ли сама явилась, то ли отравил кто.

-      Язык бы прикусила! - оторопела скандалистка, оказавшаяся не готовой к тому, что кто-то может иметь не менее едкий язык и за словом в карман не полезет. - Не то отвалится!

-      Не дождетесь! У вас он раньше отвалится. И все остальное -тоже.

Женщина открыла рот, чтобы ответить, но не успела: в палату зашли сразу несколько человек. Комиссия с уже знакомой Кате женщиной в белом халате.

«Неплохо выглядит для чиновницы, - исподволь рассматривая ее, отдала должное Катя. - Стрижка стильная, косметики в меру. Если бы не выражение лица, вполне можно было бы назвать симпатичной. Но столько высокомерия, брезгливости и злости на одной физиономии - явный перебор».

-      Кто у нас здесь? - строго спросила начальница у сопровождавшей свиты.

-      Две пациентки терапевтического отделения, четыре из гинекологии, - заглянув в бумаги, с виноватым видом отчиталась одна из медичек. - Это единственная палата, в которой..."

"-      Вразрез с указаниями? - приподняв бровь, с угрозой уточнила начмед и бросила быстрый взгляд на мужчину рядом, из чего Катя поняла: в палате есть кто-то главнее ее. - Это как понимать? Я приказала, чтобы в гинекологическом блоке не было терапевтических больных! Почему вы, завотделением, не выполнили мои распоряжения? - повысила она голос.

-      Понимаете.,, мы пытались... но... вот, например, больная Скоробогатова... В общем, она категорически отказалась переселяться, - покраснев, пожаловалась доктор.

-      Знакомая фамилия... Дайте-ка историю... Кто из вас Скоробогатова? - сдвинула брови начальница.

-      Ну я! - с вызовом отчеканила старожилка. - Не имеете права ни переселять, ни выписывать.

-      Ну почему же? - внимательно просматривая исписанные листы, не согласилась грозная дама. - Курс лечения, как я понимаю, вами пройден полностью...

-      Все равно не имеете права. Я хроник.

-      Посмотрим...