Загадочный любовник

А этот мужчина лишь обаятельный лжец.

— Ужин на крыше — что может быть лучше? — чуть помедлив, спросила она и мило улыбнулась.

Глава восьмая

Над заливом взошла луна, ее мягкий свет отбросил искрящуюся дорожку на водную гладь. На террасе плоской крыши валялись пустые коробки из-под еды; Кэролин сидела, обхватив колени руками, и задумчиво глядела в ночную даль.

Время было не столь уж поздним — со следующей недели ночное время понемногу пойдет на убыль — но сейчас вокруг них разлилась ночь, в которой чувствовался слабый морозец. Он напоминал о снеге, тающем где-то на холмах Вермонта.

— Думаю, меня вот-вот стошнит, — призналась Кэролин. — Я не привыкла к жирной пище.

Мужчина сидел, прислонившись к стене и вытянув перед собой длинные ноги; держа в одной руке банку с пивом, он чуть заметно улыбался.

— Ты не привыкла потворствовать своим желаниям, Кэролин. Жирная морская пища — один из роскошных подарков матери-природы. Ты и к пиву почти не притронулась. Значит, спиртного тоже не потребляешь?

— Совсем немного.

— Ты просто глотаешь успокоительные таблетки и молишься, чтобы я убрался прочь, верно?

Она не стала ему возражать. Тяжелая пища теплым камнем осела в желудке, хотя ощущение было не таким уж противным; импортное пиво бодрило, а морской воздух приятно дразнил ноздри. И все же ее не покидало чувство тревоги, смущения и странной угрозы.

— Я никуда не денусь, Кэролин.

— Но ведь раньше так и было.

— Значит, ты признаешь, что я все-таки могу быть настоящим Алексом Макдауэллом? — лениво поинтересовался он.

— Нет. Просто в данный момент мне не хочется ломать над этим голову.

— Звучит разумно. Впрочем, ведь ты и есть разумная молодая женщина. Верная, смышленая, дружелюбная, надежная.

— В общем, лучший друг человека, — подытожила она. — Ты словно описал комнатную собачонку.

— О, в тебе определенно присутствует некая стервозная жилка.

Она позволила себе улыбнуться.

— А вот здесь тебе возразят все члены семьи.

— Просто они не знают тебя так же хорошо, как я.

Она удивленно уставилась на него.

— Ты на редкость самонадеянный тип! Неужели ты думаешь, что знаешь меня лучше, чем люди, прожившие бок о бок со мной последние восемнадцать лет?

— Да они в упор тебя не видели, Кэролин. Они тебя не слушали и не думали о тебе ни минуты. Для них ты часть окружающей мебели.

— Возможно, — согласилась она, не желая вступать с ним в дискуссию.

— А вот я думаю о тебе , Кэролин. И любуюсь тобой, как только представится такая возможность.

— Верно, и если ты представляешь меня в виде мебели, то, скорее всего, это кровать.

Откинув голову назад, он расхохотался. Его смех растаял в ночной тиши подобно мягкому теплому облачку.

— Никому другому и в голову такое не придет, верно?

— Никто кроме тебя, мне не угрожает.