Разоблаченный любовник

Зейдист так и не появился, и разговоры в комнате стали еще громче, теперь ребята серьезно разошлись."

"Рисуя ручкой на чистом листе круги, Джон чувствовал себя неловко, пока все остальные сгорали от любопытства по поводу того, что он делал в первом ряду. Может, они просто решили приколоться над ним? Черт, ему стоило остаться…

— Спасибо тебе, — тихо сказал Блэйлок. — За то, что заступился за меня вчера.

Уау… наверное, это был не прикол.

Джон как бы невзначай подвинул блокнот так, чтобы Блэйлок мог видеть его. Потом написал: «Я не собирался заходить так далеко».

— Я знаю. И тебе не придется делать это снова. В смысле, теперь я сам могу с ним справиться.

Джон посмотрел на своего одноклассника. «Не сомневаюсь», — написал он.

Где-то слева один из парней начал напевать музыкальную тему из «Звездного пути» — одному только Богу было известно почему. Остальные присоединились к нему. Кто-то встрял со словами Уильяма Шатнера: «Я не понимаю, почему… я должен… говорить так, Спок…».

Посреди разразившегося хаоса звук тяжелых ботинок, стучавших по полу коридора, ворвался в комнату. Боже, создавалось впечатление, что мимо проходит армия. Нахмурившись, Джон поднял взгляд и увидел, как Роф проходит мимо классной комнаты. За ним показались Бутч и Марисса. Потом Вишес.

«Почему они такие мрачные?» — подумал Джон.

Блэйлок откашлялся.

— Ну, Джон, не хочешь потусить со мной и Куином сегодня вечером? Мы зависнем у меня дома. Глотнем немного пива. Ничего особенного.

Джон резко повернул голову, потом попытался скрыть свое удивление. Но… уау! В первый раз кто-то из них предложил ему встретиться вне уроков.

«Лады», — написал Джон, когда Зейдист наконец вошел в класс и закрыл за собой дверь.

В центре Колдвелла, в полицейском участке, Вэн Дин улыбнулся, посмотрев на жетон, показавшийся перед ним, удостоверившись, что на его лицо сохраняет выражение «в этом не вообще ничего особенного».

— Я старый друг Брайана О’Нила, вот кто я.

Детектив отдела по расследованию убийств Хосе де ла Круз смерил его умным взглядом карих глаз.

— Как ты сказал твое имя?

— Боб. Бобби О’Коннор. Мы с Брайаном вместе выросли в Саути. Он переехал, я тоже. Но совсем недавно я вернулся на восток, и кто-то сказал мне, что он работает полицейским в Колдвелле, так что я решил заскочить. Позвонил в департамент полиции и что? Никаких Брайанов О’Нилов. Я услышал только отговорки в стиле «он здесь больше не работает».

— С чего ты взял, что если появитесь лично, то получите другой ответ?

— Я надеялся, кто-то расскажет мне, что с ним случилось. Я звонил его родителям в Саути. Его отец сказал, что разговаривал с ним в последний раз очень давно, но тогда он еще работал полицейским. Послушай, приятель, у меня нет никаких скрытых мотивов. Мне просто нужны ответы.