Пробужденный любовник

Он засунул метательный нож в пряжку на пояснице и удостоверился, что несколько хира сюрикэнов[48] все еще с ним. На очереди были тяжелые ботинки. Легкая ветровка, маскировавшая переносной арсенал, завершила картину.

Когда он вошел в спальню, Бэлла все еще не сводила с него взгляда. Ее глаза были такими синими. Словно сапфиры. Словно ночь. Словно…

— Зейдист?

Он подавил желание влепить себе пощечину.

— Да?

— Ты думаешь, я уродлива? — Он отпрянул, и она закрыла лицо руками. — Неважно.

Пока она пряталась от его взгляда, он вспомнил тот момент, когда увидел ее в самый первый раз — когда она неожиданно явилась в тренажерный зал. Она ошеломила его так, что он застыл на месте, словно громом пораженный. И она по-прежнему производила на него такое же впечатление. Словно у него в теле был выключатель, о котором знала только она.

Он откашлялся.

— Ты такая, какой всегда для меня была.

Он, было, развернулся, но тут же услышал всхлип. Потом другой. Потом третий.

Он оглянулся.

— Бэлла… Господи Боже…

— Прости, — сказала она, не отнимая рук от лица. — П-прости. Иди. Я в п-порядке. Прости, со мной все хорошо.

Подойдя к кровати и сев на край матраса, он пожалел, что не был наделен даром красноречия.

— Тебе не за что просить прощения.

— Я вторглась в твою комнату, в твою п-постель. Заставила тебя спать рядом со мной. Дать мне свою вену. Мне так… жаль. — Она глубоко вздохнула и взяла себя в руки, но отчаяние, сквозившее во взгляде, не ушло, словно земляной запах дождевых капель на прогретой солнцем дороге. — Я знаю, что должна уйти, знаю, что ты не хочешь видеть меня здесь, но мне нужно… Я не могу вернуться к себе домой. Лессер забрал меня оттуда, и я просто не могу себе представить, как буду там жить. И с семьей я тоже не хочу быть. Они не поймут, что со мной происходит, а у меня не сил, чтобы объяснять им это. Мне просто нужно немного времени, чтобы выкинуть все случившееся из головы, но я не могу быть одна. Хотя я и не хочу видеть никого, кроме…

Ее голос сорвался, и он произнес:

— Ты можешь оставаться здесь, сколько захочешь.

Она снова начала всхлипывать. Черт возьми. Видимо, он сказал что-то не то.

— Бэлла… Я…

Ну и что ему теперь делать?

Дотронься до нее, кретин. Возьми ее за руку, ты, кусок дерьма.

Но он не смог сделать этого.

— Ты хочешь, чтобы я съехал отсюда?

Больше слез, еще больше слез и «Мне нужен ты» шепотом между всхлипами.

Боже, если он все расслышал правильно, ее оставалось лишь пожалеть.

— Бэлла, прекрати плакать. Прекрати плакать и посмотри на меня.

В конце концов, она глубоко вздохнула и вытерла мокрые щеки. Удостоверившись, что она слушает его, он продолжил:"

"— Не волнуйся ни о чем. Ты можешь оставаться здесь, сколько пожелаешь. Ясно?

Она просто смотрела на него.

— Кивни, чтобы я понял, что ты слышала меня.