Отомщенный любовник

И хотя Грэйди знал, что его разыскивала полиция, его желание увидеть ее погребение должно пересилить здравое мышление.

Внимание Хекс вернулось к священнику. Человеческий мужчина был одет в черное пальто, на горле виднелся белый воротничок. В руках, протянутых над красивым гробом Крисси, он держал Библию, которую читал тихим, благоговейным голосом. Между позолоченными страницами были заложены атласные ленты, обозначая разделы, которыми он часто пользовался, их красные, желтые и белые концы болтались в нижней части корешка книги. Хекс стало интересно, на что был похож его список «Избранное». Брак. Крещение, если она правильно поняла это слово. Похороны.

Ей стало интересно, молился ли он за грешников? Если она верно разобралась во всем этом христианстве, то была уверена, что это входило в его обязанности… хотя, возможно, он не знал, что Крисси была проституткой, и даже если бы знал, ему все равно пришлось бы сохранить этот уважительный тон и выражение.

Это успокаивало Хекс, хотя она не могла понять почему.

С севера подул холодный ветер, и она снова проверила местность. Крисси не будет здесь, когда все закончится. Как и многие ритуалы, это всего лишь шоу. Земля замерзла, поэтому ей придется ждать весны в шкафчике для мяса в морге. Но, по крайней мере, у нее будет надгробие – розовый гранит на том месте, где ее похоронят. Текст, который составила Хекс, был простым: имя Крисси, дата ее рождения и смерти, но по краям все было украшено красивым узором.

Это первые человеческие похороны, на которых присутствовала Хекс, и происходящее было совершенно чуждо ей, все это погребение, сначала в коробке, потом под землей. Одной мысли о том, чтобы быть засыпанной песком, достаточно, чтобы она глубже уткнулась в воротник своей кожаной куртки. Нет. Это не для нее. В этом отношении она была настоящим симпатом.

Только погребальный костер и точка.

У могилы священник, совершающий обряд, наклонился и подцепил немного земли серебряной лопаткой, затем взял ее в руку и произнес над гробом:

– Пепел к пеплу, прах к праху.

Человек бросил песчаные гранулы, и свежий ветер подхватил их. Хекс вздохнула, эта часть была ей знакома. По традициям симпатов, тела погибших поднимали на деревянные платформы и поджигали снизу, дым взлетал вверх и разносился так же, как эта земля, полностью во власти стихии. А что оставалось? Лишь пепел.

Конечно, симпата сжигали, поскольку никто не мог дать гарантии, что он действительно мертв, после того, как «умер». Иногда так и было. Иногда они просто притворялись, что умерли. Поэтому всегда стоило удостовериться.

Но тонкая ложь была присуща обеим традициям, не так ли? Унесенное ветром, свободное от тела, ушедшее из этого мира, но все еще часть его.