Отомщенный любовник

– Послушай, не заставляй меня снова сменить тон, – предупредил Рив. – Ты кое-что сделала для меня. Я хочу сделать что-нибудь для тебя. Просто бартерный обмен.

– Но я собираюсь найти другую работу, и я сама о себе забочусь уже долгое время. Это один из моих главных талантов."

"– Я не сомневаюсь в этом. – Он выдержал эффектную паузу и достал своего козырного туза. – Но дело в том, что ты не можешь оставить меня с таким грузом на совести. Он будет выедать меня изнутри. Твой неверный выбор стал результатом моего.

Она тихонько засмеялась.

– Почему меня не удивляет, что ты знаешь все мои слабые места? И я действительно ценю твою заботу, но если Хэйверс нарушит свои правила ради меня, что подумают окружающие? Он и Катя, старшая медсестра, уже объявили о том, что случилось, остальным сотрудниками. Он не может дать задний ход, да и мне бы этого не хотелось, только потому, что ты на него надавил.

Вот дерьмо, подумал Рив. Он планировал поработать над разумом Хэйверса, но это не поможет решить проблемы со всеми другими сотрудниками  клиники, не так ли?

– Хорошо, тогда позволь мне помочь тебе, пока ты снова не встанешь на ноги.

– Спасибо, но…

Ему захотелось выругаться.

– У меня идея. Приходи ко мне сегодня, и мы все это обсудим?

– Рив…

– Отлично. Я должен все подготовить для похорон сегодня вечером, а в полночь у меня встреча. Как насчет трех утра? Замечательно… тогда увидимся.

Последовала короткая пауза, а затем она усмехнулась.

– Ты всегда получаешь то, что хочешь, не так ли?

– Можно сказать и так.

– Хорошо. Сегодня ночью, в три.

– Я так рад, что сменил тон, а ты?

Они оба засмеялись, напряжение будто смыло водой.

Опять послышался шорох, и он решил, что Элена снова откинулась на подушки и устроилась поудобнее.

– Можно я расскажу тебе, что сделал мой отец? – вдруг сказала она.

– Ты сможешь рассказать мне об этом, а затем объяснить, почему ты так мало ешь. И после мы поговорим о фильме, который ты недавно посмотрела, о книге, которую недавно прочитала и о том, что ты думаешь по поводу глобального потепления.

– Правда, прямо обо всем этом?

Боже, он так любил ее смех.

– Да. Мы же просто говорим по телефону, поэтому обо всем что угодно. О, и я хочу знать, какой твой любимый цвет?

– Ривендж... ты действительно не хочешь побыть один? – Слова были сказаны мягко, почти рассеянно, как будто они сами сорвались с ее губ.

– Прямо сейчас... я просто хочу быть с тобой. Это все, что я знаю.

– Я бы не была готова. Если бы мой отец умер сегодня ночью, я была бы не готова его отпустить.

Он закрыл глаза.

– Это то... – Ему пришлось откашляться. – Именно это я чувствую. Я к этому не готов.

– Твой отец... он тоже ушел. Я знаю, это тяжело вдвойне.

– Ну, да, он мертв, хотя я абсолютно по нему не скучаю. Она всегда была для меня единственной.