Мой любовник

Кроме этой, по-видимому. Куин выглядел так, будто был трахнут в затылок бильярдным кием.

— Я… — Куин прочистил горло. — Я… Я…

Ах, да, еще одно. Заикание.

Лейла заполнила тишину.

— Я с гордостью служу мужчинам и Братьям здесь. Я отдаю, не прося ничего взамен из-за своего обучения и наслаждения делать это. Но рассказываю я это потому, что вы спросили и… я поняла, что должна рассказать. Каждый раз, возвращаясь в святилище или в дом Праймэйла, я чувствую себя все более и более опустошенной. Я имею в виду, что могу сделать шаг в сторону. Поистине… — Она покачала головой. — Я не могу продолжать делать это, даже если это все, что я когда-либо видела в своей деятельности. Просто… мое сердце не может продолжать.

Куин опустил руки и потер бедра.

— Ты хочешь… Хотела бы ты пойти дальше, если есть такая возможность?

— Конечно. — Ее голос был сильным и уверенным. — Я горжусь быть полезной.

Теперь Куин провел рукой по своим густым черным волосам.

— Что именно… удовлетворит тебя?

Это было, как наблюдать за поездом, мчащимся под откос. Блэй должен был уйти, но не мог двинуться с места он просто оставался свидетелем столкновения.

И разумеется, бриллиантовый румянец Лейлы сделал ее еще более прекрасной. Затем ее полные, красивые губы раскрылись. Закрылись. Раскрылись… снова закрылись.

— Все в порядке, — прошептал Куин. — Тебе не обязательно говорить это вслух. Я знаю, чего ты хочешь.

Блэй чувствовал, как по его груди и рукам, заструился холодный пот, сбегая вниз по одежде, которую он выбрал для себя.

— Кого, — хрипло спросил Куин. — Кого ты хочешь?

Последовала еще одна долгая пауза, а потом она сказала только одно слово:

— Тебя.

Блэй встал.

— Я оставлю вас двоих.

Он был абсолютно слеп, двигаясь к выходу, инстинктивно прихватив на ходу свою кожаную куртку.

Закрывая дверь, он услышал, как Куин сказал:

— Будем двигаться не спеша. Если мы собираемся сделать это, мы не будем торопиться."

"Выйдя в коридор, Блэй побрел от своей спальни, пока не дошел до двойных дверей, ведущих в крыло для персонала, и только тогда понял, что все еще в халате. Проскользнув к лестнице, ведущей в кинотеатр на третьем этаже, он сменил одежду у бездействующей попкорн-машиной.

Клокотавший глубоко в нем гнев, был как рак, съедавший его изнутри. Который, был так необоснован. И столь бесполезен.

Блэй встал лицом к полкам с DVD, названия которых были ничем, кроме визуальных картинок для его глаз.

Однако, то, что он достал, было не фильмом.

Это был клочок бумаги из кармана его куртки.

ГЛАВА 29

Дверь в послеоперационную палату закрылась, и Хекс почувствовала, что должна что-то сказать. Вслух. Ривенджу.

— Так. Э. — Она провела рукой по волосам.