Тренинг для любовницы

И считали, что любое действие, если оно не начинается с молитвы Господу, имеет все шансы стать орудием дьявольским. А уж про учебу в советской школе, где о Законе Божьем, Кресте Господнем или святых иконах не только не слышали, но и активно их отрицали, родители говорили, что от нее пахнет бесовщиной.

Так что своих детей они обучали сами. Конечно, в большом городе они вряд ли смогли бы не пускать детей в школу.

Но родители Мити и Коли считали, что умение читать и писать далеко не самое важное в жизни. И уж совсем не нужно их детям изучать историю государства, чью власть они так до конца и не приняли. Их родители вместе со своими единоверцами бежали из Москвы в глухую сибирскую провинцию — от нашествия Антихриста, как они называли между собой лидеров большевистской партии.

Так что дети, родившиеся в этой семье, считали чем-то само собой разумеющимся, что они живут и будут жить на положении изгоев в родной стране. Советскую власть члены той общины, где вырос маленький Митя, не признавали. И их дети зачастую не имели даже метрики. К врачам даже в случае крайней нужды не обращались. Если могли, лечились сами. А нет, так и нет. Смертность в общине была высокая, особенно среди детей и стариков.

Однако жизнь, как известно, не стоит на месте. Вот и в глухую сибирскую тайгу пришел прогресс. Пришел он в виде телевизионной бригады, которая заблудилась в дебрях, возвращаясь со съемок. Так однажды в Митиной деревне появились незнакомые люди, говорившие вроде бы и по-русски, но все равно непонятными словами: красное знамя в ленинском уголке, стахановцы, первомайская демонстрация, потом — Великая Отечественная война.

Даже о том, что над страной прокатился вихрь ужасной трагедии, унесшей жизни миллионов, община знала лишь понаслышке. Своих детей они отдавать на войну не торопились.

Приезжие люди, со своей стороны, с таким же изумлением наблюдали за жизнью странной деревни. Никто в общине так и не понял, по какой причине их старейшины приняли решение пустить именно этих незнакомцев со странными железяками и проводами к себе на поселение. Раньше чужаков не пускали за ограду. Кормили, одевали, лечили, а дальше указывали верную дорогу из чащи, и на этом отношения кончались.

Возможно, старейшина начинал чувствовать приближение старости. Или точивший его тело недуг подточил и волю. Но он принял у себя гостей, называвших себя телевизионщиками. Обалдевшие от свалившейся на них нежданной сенсации, они смастерили репортаж об этих затерянных в сибирских лесах людях, оторванных от реальной жизни. Он был показан по Первому каналу, и началось…

— Советская власть неожиданно вспомнила про нас, — рассказывал Митя. — К нам приехали представители милиции и управления районом. Всех детей сразу же забрали в интернат.