Любовница Его Величества (СИ)

* * *Алиссин ухватила ее первой, Дариан втянул сопротивляющуюся девушку на балкон, схватив за волосы, протащил до постели и швырнул, даже не заботясь о том, будет ли падение для нее безопасным.

Катарина упала на кровать, но уже через мгновение вскочила, со злостью глядя на короля. В ее глазах больше не было страха, больше не было покорности — только ненависть. Обжигающая, испепеляющая ненависть.

— Она знает! — Алиссин пнула лежащий на полу плащ.

— Я вижу, — хмуро заметил король, не сводя глаз с Катарины.

— На что ты надеешься, Катарина? — Алиссин едва сдерживала ярость. — Хочешь умереть? Я не дам! Надеешься сбежать? Не позволю! Веришь в то, что Ортанон теперь вне нашей досягаемости? Ты слишком мало смыслишь в политике в этом случае! Аллес поддержит мою идею, и мы огнем и мечом пройдем по земле, что взрастила тебя! Ничего не изменилось, Катарина!

Кати улыбнулась, тряхнула волосами и тихо ответила:

— Нет… все изменилось. Хватит… Никогда… никогда больше, я не буду покорной жертвой, для двух жестоких хищников!

Лев взглянул на свою львицу и оба нагло ухмыльнулись — сила была на их стороне.

— Что безумно заводит в данной ситуации, — произнес Дариан, — так это возможность начать охоту снова!

Катарина знала, что они сильнее, знала, что сопротивляться бессмысленно, но подчиняться более не желала!

— Подержи ее, — не отводя напряженного взгляда от Катарины, прошептала Алиссин, снимая одно из колец, — а я гарантирую, что наша сладкая Катарина сегодня будет о-о-очень страстной!

Рывок и Дариан сжимает в объятиях извивающуюся девушку, которая предчувствуя действия Алиссин, отчаянно сжимает губы.

— Катарина, наивная Катарина, — королева, медленно приближаясь, ссыпала белоснежный порошок на руку, — не каждый наркотик нужно пить.

Король едва успел отвернуться, как Алиссин дунула на ладонь и Кати обволокло облачко пыли. Судорожный вздох… Еще один и королева предвкушающее улыбнулась, медленно начала расстегивать платье. Катарина пошатнулась, взгляд стал рассеянным, дыхание участилось, руки на ослабели, как и ноги и девушка практически упала в объятия короля.

— Все, мой король, — Алиссин улыбнулась шире, — теперь Кати сама будет умолять о любви… Да, Катарина?

Но Его Величество уже не слушал, страстно целую шею не сопротивляющейся девушки и невольно вдыхая остатки белого порошка, он тоже ощущал дикое, неконтролируемое желание и впервые они с Кати дышали и желали в унисон.