Любовница Президента

Интересно, ваш муж обрадуется третьей дочери, когда твердо был уверен, что у него родится сын?

Стоит и смотрит на меня, тяжело дыша, сжимая в руке зажигалку. Щелкает ею, и каждый раз из нее вырывается маленькое оранжевое пламя. Да, я не стану молчать, и я не боюсь тебя, госпожа Первая леди. У тебя слишком много отвратительных секретов, и это тебе стоит бояться, что их кто-то узнает.

— Последний раз предлагаю взять деньги и исчезнуть. Это самый лучший выход для тебя, иначе пожалеешь!

— А я последний раз говорю вам, что не собираюсь брать ваши деньги, не собираюсь исчезать. И если продолжите меня пугать, я просто расскажу вашему мужу о том, что вы ему лжете. Как думаете, он будет счастлив?

Она молчала, все так же щелкая зажигалкой и глядя на меня глазами полными адской ненависти.

— Простите, но мне пора домой. Сегодня я обещала приготовить Петру бифштекс с кровью и картофель по-креольски, а на десерт сделать яблочный пирог от Марины Цветаевой…а потом …потом стать перед ним на колени и долго и жадно ласкать его ртом. Он очень любит, когда я вбираю его член целиком вместе с мошонкой. Любит, когда заглатываю его до упора, и он кончает мне в горло. Вы тоже так делаете? Или вам уже неудобно стоять на коленях? Вы печете ему яблочный пирог? Я передам вам рецепт через Эллен. А теперь мне пора.

Не дождавшись ее ответа, я быстро направилась к двери, чувствуя, как пылают мои щеки и бешено колотится сердце. Знала, что это было слишком, знала, что посмела и позволила себе то, за что могу лишиться головы, но я никогда не умела молчать. Лучше плакать от того, что сказала, чем презирать себя за трусость. Я никогда не была трусливой. Пусть меня за это накажут…

Я вышла в коридор и услышала быстрые шаги у себя за спиной. Она догнала меня и схватила за волосы, рванула к себе, всматриваясь в мои глаза с какой-то дьявольской решимостью."

"— Ах ты дрянная мерзкая сука! Ты будешь молиться, чтобы сдохнуть! — прошипела мне в лицо и с диким воплем:

— За чтооооо? Не надоооо! Пожалуйстаааа!

Резко оттолкнулась от меня и полетела спиной с лестницы вниз. Я бросилась за ней следом, видя, как она катится по ступенькам, как ударяется животом о них и падает на лестничный пролет лицом вниз. Сломя голову бросилась к ней, чувствуя, как замирает сердце, как становится жутко от понимания последствий. Она же беременная. Такое падение может убить малыша. Как же так? Неужели она мертва? Склонилась над ней.

— Людмила Филипповна, Людмила!

Повернула за плечо к себе и увидела, как она ухмыльнулась окровавленными прокушенными губами.

— Ты ударила меня…а потом столкнула с лестницы…

По ступеням бежали люди и охрана. Какая-то женщина пронзительно закричала, а Людмила приподнялась, указывая на меня пальцем..