50 знаменитых любовниц

Герцог Аженор де Гиш, элегантный молодой лев из Политехнической школы, был в восторге от своего «приобретения». За три месяца он истратил на Альфонсину десять тысяч франков, и когда она вошла в знаменитую «инфернальную ложу» Оперы, у мужчин перехватило дыхание. Грациозная, как лань, с тонкими чертами лица и точеной фигуркой, Альфонсина вызывала зависть: мужчины завидовали герцогу, а женщины — ее совершенной красоте. Самые элегантные дамы полусвета Алиса Ози, Лола Монтес и Атала Бошен вынуждены были признать, что появилась соперница, равная им.

Вот и сбылись мечты деревенской девчонки: дорогие наряды, меха, драгоценности, мужское внимание и преклонение. Однажды она откровенно призналась знаменитой французской актрисе де Жюдит: «Вы хотите знать, почему я продалась? Потому что честный труд никогда не дал бы мне той роскоши, к какой я так стремилась, которой так жаждала. Что бы вы там не думали обо мне, я никогда не была ни алчной, ни корыстолюбивой. Мне лишь хотелось узнать, как живут люди высшего общества…»

Альфонсина чувствовала себя достойной этой жизни, полной услады, круговорота светских развлечений, дорогих апартаментов с мебелью в стиле «ампир» и богатых поклонников, которые обеспечивали ей блистательное будущее. Юная, но необразованная красавица с непостижимой скоростью переняла от своих мужчин светские манеры и изысканную речь и теперь ей, как даме полусвета, не пристало зваться плебейским именем. Она страстно мечтала купить себе участок земли в Плесси, близ родного Ноана, и поэтому заранее незаконно изменила не только имя, но и фамилию на дворянскую. Так появилась Мари

Дюплесси — самая знаменитая куртизанка Парижа первой половины XIX века."

"Любовь Мари стоила очень дорого. Быстро разорившийся герцог де Гиш вынужден был уступить ее более богатому кавалеру. От виконта де Мериль она забеременела и, чтобы не смущать общество своей испорченной фигурой, почти год прожила в Версале, в стороне от светских развлечений. Мари родила мальчика и, веселая и беззаботная, вернулась в Париж. Сына забрал к себе де Мериль, будущий префект Бургундии, и больше она о ребенке ничего не знала.

Ее вновь окружили самые блистательные мужчины — Анри де Контад, Фернан де Монгион, Эдуард Делессер и десятки других. Но не только на безделушки тратила Мари заработанные любовью деньги. Лучшие парижские репетиторы обучали ее изысканному французскому, игре на фортепиано, литературе, искусству танца. На полках ее библиотеки рядом с душещипательными романами стояли книги Рабле, Сервантеса, Скотта, Гюго, Дюма-отца, Ламартина и Мюссе.