Любовь меняет все

Со смесью восхищения и благоговейного ужаса она смотрела, как один за другим с оглушительным треском лопаются трущиеся о неподвижные стержни ремни. И это еще не все: под воздействием неравномерно распределенной нагрузки эти стержни стали прогибаться! Стоило ей испортить один станок, как один за другим стали выходить из строя все остальные, словно сраженные стремительно распространяющейся заразой. Рабочие жались друг к другу, словно испуганные осиротевшие дети перед лицом беспощадной стихии. С потолка сыпались искры – от трения горели ремни. Гул нарастал. Мегги, не выдержав, зажала уши руками."

"Но ее это не спасло. Не выдержал самый мощный кривошип – тот самый, что питался энергией от парового двигателя, – и лопнул с жутким скрежетом. Вот так погибла современнейшая, самая совершенная из всех существующих фабрика, убитая любопытством маленькой девочки.

– Вот черт, – прошептала Мегги.

Все взгляды были устремлены на нее: возмущенные, негодующие. Она всех настроила против себя, и в первую очередь самого главного человека в ее жизни – собственного отца.

– Я не хотела, – заикаясь, проговорила Маргарет. – Это случайно вышло, папа.

– Она нарочно это сделала, милорд! – выступив вперед, возразил мужчина, что управлял тем станком, который Маргарет сломала первым.

Отец смотрел на нее с тем выражением лица, которое она больше всего ненавидела. Когда у него было такое лицо, Маргарет хотелось исчезнуть. Когда у него было такое лицо, она жалела о том, что появилась на свет.

– Папа, я не хотела этого, – жалким тоненьким голоском произнесла Маргарет.

И тогда вперед протиснулась Ди. Мегги видела, как побледнела ее мачеха, глядя на каменное папино лицо.

– Колдер, не надо, – произнесла Ди. Затем она посмотрела на Маргарет. – Это был несчастный случай. – Но даже если Ди действительно так считала, голос ее звучал совсем не убедительно.

– Леди Маргарет, что вы сделали? – Голос отца был каким-то совсем чужим и холодным.

Маргарет судорожно сглотнула.

– Папа, ты можешь купить еще машины. Я могу продать пони.

– Что. Вы. Сделали?

– Я… Я открыла маленькую дверку сбоку на станке.

– И?

Маргарет съежилась.

– И заглянула внутрь.

– И?

Мегги показалось, что ее сейчас стошнит.

– И они все ворочались и ворочались, цепляясь друг за друга. Эти маленькие металлические зубчики. Как у моей лошадки, когда она ест морковку.

– И?

Можно было ничего не говорить. Все было и так ясно. По его глазам.

Маргарет прикусила губу.

– И я им кое-что скормила. – У Колдера был такой странный, стеклянный взгляд. У Маргарет занемели ступни.

Он ждал.

Мегги не хотела этого говорить. Больше всего на свете ей хотелось вернуться домой к своему котенку. И еще сделать ириски с Ди. Маргарет на мгновение решилась поднять на него взгляд.