Любовь до востребования

Никогда раньше ей не приходилось столько бродить одной, никогда раньше она так не выматывалась. Потянувшись к пакетику с мясом, волчица обнаружила, что тот куда-то пропал, видимо, выскользнул пока она пробиралась по неровному участку. А есть хотелось зверски.

Снова с тоской вспомнив шкуры, она перекатилась на бок, сжавшись в комок, стараясь не потерять ни грамма драгоценного тепла, и забылась в тревожном сне.

Проснулась она внезапно, в первую секунду не понимая, что её разбудило, но тут раздалась новая рулада, и Алина счастливо выдохнула: «Ольга»!

День закончился, со всех сторон волчицу окружали густые сумерки, но это было уже не важно – сестра продолжала свою охотничью песню, и сориентироваться в какую сторону идти, Алине было нетрудно. Правда, пока она спала, её перетруженные мышцы задеревенели. Но движение постепенно разгонит кровь, снимет оцепенение, а там, глядишь, она поест и отдохнёт. Конечно, поест – охотничья песня громко оповещала всех, что волчица добыла себе ужин! Олька везучая, надо держаться вместе, сестра выведет к посёлку.

Встреча нельзя сказать, чтобы оказалась тёплой. Пока Алина ковыляла, Ольга успела съесть всё самое вкусное, и наотрез отказалась собирать мох или что-то другое, чтобы кузина могла поесть жареного мяса.

Эта фифа просто отошла в сторону и завалилась спать!

Возмущению дочери альфы не было предела, но голод – не тётка. Пришлось перекидываться. Если наестся волчица, то сытость ощутит и человеческая ипостась.

Неумело ковыряясь в туше, зверь всё-таки, сумел отгрызть несколько кусков и утолил сосущий голод. Сразу потянуло в сон – переварить ужин и восстановить утраченные силы. Но куда лечь?

Покрутившись, женщина подошла к спящей сестре и попыталась вытянуть из-под неё одну шкуру. Развалилась, понимаешь ли, как королева, а про сестру даже не думает!

Умка подняла голову и недовольно рыкнула – отстань!

- Я спать хочу! – возмутилась Алина. – Мне что, прямо на землю ложиться? Поделись, у тебя два куска меха, имей совесть!

Но зверь только шире растопырил лапы, придавливая шкуры, и выразительно продемонстрировал клыки.

- Ольга, ты не охерела часом? На кого скалишься? – возмутилась двоюродная сестра.

«Она говорит, что надо снять шкуру с оленя, постелить ее на землю мездрой, а самой лечь на шерсть. Будет тепло», - передала Саяна.

- Я должна свежевать обглоданного оленя? В темноте? Одна?

Умка презрительно фыркнула и отвернулась, погружаясь в сон, мол, тебе решать.

Ругаясь про себя, так как в зубах она зажала фонарик, неумело орудуя ножом, Алина кое-как содрала с туши шкуру. Конечно же, не целиком и с порезами, но всё равно, спустя час ей было, что постелить на землю.

Окончательно обессилев, Алина бросила кусок рядом с сестрой и легла на него.