Любовь вернулась

— Но ведь Билл — его клиент. — Элиз поставила чашку на стол и удивленно посмотрела на бушующую женщину, не в силах понять, как Тал мог так поступить. — Я думала, мистер Оксли на его стороне…

— О, от этого мистера веет то жарой, то холодом. Он непредсказуем, — сквозь зубы процедила Эрика.

Элиз почувствовала, что заливается краской. Кому, как не ей, хорошо знакома эта черта характера Талберта?

— Он справедлив и всегда знает, что делает. — Элиз, несмотря ни на что, пыталась защитить его.

— Он справедливый только тогда, когда получает то, что хочет. Больше всего на свете его интересуют долларовые купюры. Все остальное он сметает со своего пути за ненадобностью. — Эрика развернулась на каблуках и выбежала из кабинета.

Элиз повернула удивленное лицо к Мэги. Отвечая на безмолвный вопрос, та полсала плечами.

— Понятия не имею, что произошло. Я не раз слышала, что Билл Драйм должен был получить огромный государственный контракт. Если это правда, что мистер Оксли повлиял на то, что Билли лишили контракта, то он просто сумасшедший. Компания потеряла большую прибыль в виде процентов от будущих прибылей фирмы Драйма.

— Я не верю! — горячо воскликнула Элиз. — Мистер Оксли не жадный и не мстительный."

"— Я тоже не верю. Но у него большие амбиции, и у мистера Драйма тоже. Но… — Мэги внезапно что-то вспомнила: — Знаешь, неделю назад я зашла в офис и случайно услышала их разговор. Его нельзя было не услышать: Билл кричал так, что я думала, стены рухнут. Талберт при этом сохранял хладнокровие. Они говорили о каких-то деньгах, грязных делах и махинациях. Я не очень поняла, что они имеют в виду. Но мне кажется, именно этот разговор послужил причиной отставки Билла. — Она вздохнула и перевела разговор в более спокойное русло: — Мистер Оксли предложил мне организовать поставку моей выпечки в бакалейные магазины. Если честно, мне не хотелось бы иметь больше, чем я имею сейчас.

— Почему?

— Я хорошо пеку и знаю, что из-за количества можно потерять в качестве. Иногда мне хочется вернуться на свою собственную домашнюю кухню и быть просто домохозяйкой, а не владелицей фирмы.

— Но у вас такие большие успехи! — воскликнула Элиз. — Вы не можете все это бросить.

— Нет конечно. Здесь я чувствую себя спокойной за судьбу Пола. Мне не надо волноваться за оплату его обучения. У меня уже достаточно денег, чтобы обеспечить ему поступление в университет. Но с другой стороны… — Мэги вздохнула. — Сегодня я поругалась с сыном. Он хотел пойти с друзьями поиграть в баскетбол на стадионе. Но я-то не могу остановить производство прямо сейчас: еще не готовы пироги. Я предложила ему подождать меня, но Пол вспылил, сказал, что я ему не доверяю, что он уже взрослый.