Призрачная любовь (ЛП)

Что на тебя нашло в последнее время? “Vixen” на прошлой неделе и случайные связи на этой. Это какой-то способ привлечь к себе внимание?

Я вздрагиваю, зная, что это замечание не пройдет даром, и, учитывая выражение лица Остина, он уже явно сожалеет о своем выборе слов, но, когда эти двое ссорятся, они обычно не слишком задумываются над тем, какую чушь говорят друг другу.

— Какого хрена? — требует Аспен. — Я пытаюсь привлечь внимание? Почему бы тебе не прийти сюда и не сказать это? Я покажу тебе как я, блядь, привлекаю внимание.

— Остынь, Аспен. Просто… черт. Мы ушли от темы.

— Ты так думаешь? — ворчит она. — Весь этот разговор не по теме.

— Просто… что ты имеешь в виду, говоря, что уже сказала ему ""отвалить""? — Остин пытается говорить спокойным тоном.

Аспен тяжело вздыхает, и мне приходится удержаться от того, чтобы не выхватить телефон из рук Остина и не взять все под свой контроль. Она звучит такой разочарованной, почти сломленной, и я ничего так не хочу, как поехать туда и убедиться, что с ней все в порядке.

— Он заходил час назад. Мы должны были пойти куда-нибудь поесть, но, по его словам, я ничего этого не стою, и он подумал, что вместо этого мы должны просто потрахаться.

— Какого хрена? — воскликнул я, и во взгляде Остина промелькнуло то же самое отвращение.

— Несмотря на то, что вы двое явно думаете обо мне, я не совсем безнадежна, — говорит она. — Я уважаю себя, и хотите верьте, хотите нет, но мои стандарты намного выше ваших. Кроме того, я сильно сомневаюсь, что кто-либо из вас может честно сказать, что у вас раньше не было случайного секса на одну ночь, так почему же это такая большая проблема, если я это делаю?

— Потому что, как ты только что указала, ты лучше нас, — говорю я ей. — У тебя более высокие стандарты для себя, и я не хочу, чтобы тебя поимели неудачники. Никто из нас не хочет.

Аспен стонет.

— Я вешаю трубку.

— Но ты в порядке? — спрашивает Остин.

— Я в порядке, — бормочет она, но ее тон говорит, что это совсем не так.

— Он ошибается, — говорю я ей.

Наступает короткое молчание, прежде чем из маленьких динамиков снова доносится ее голос.

— Что?

— Что ты не стоишь этого ужина. Он ошибается, — говорю я ей, игнорируя странный взгляд Остина. — Ты стоишь гораздо большего, и я рад, что у тебя хватило самоуважения послать его нахуй. Хотя нам нужно поговорить о том, почему нельзя давать свой адрес мудакам, которых ты никогда не видела.

— И нам нужно поговорить о том, что ты докладываешь моему брату о моих делах, — говорит она с тяжелым вздохом. — Ты мудак, Айзек.

— Он просто беспокоился о тебе, — говорит Остин, всегда прикрывая мою спину.

— Хорошо, — медленно произносит она. — Именно об этом он беспокоился.