Призрачная любовь (ЛП)

— Не двигайся, блядь, Птичка, — говорит он, прижимая другую руку к моей пояснице и удерживая меня неподвижно.

Он вращает пальцами внутри меня, и мои стенки сокращаются вокруг него, а я закрываю глаза. Это так чертовски приятно, даже больше, когда он протягивает другой палец к моему клитору и лениво потирает его круговыми движениями.

— Хорошая девочка, — говорит он. — Сапоги. Снимай. Сейчас же.

Осознав, что молния не сдвинулась ни на дюйм, я принимаюсь за работу, медленно опуская ее до конца, пока не удается выскользнуть из сапога до колена, а затем перехожу к другому, и когда они, наконец, сняты, этот мощный тон снова разносится по комнате.

— Возьми себя за лодыжки, Птичка. Не отпускай.

Я тяжело сглатываю, и как только я обхватываю руками свои лодыжки, его пальцы заменяются чем-то прохладным. Моя спина напрягается, и когда он толкает что-то в меня, я понимаю, что это какой-то металлический шарик. Я ахаю, когда тяжелый шарик оказывается внутри меня, за ним быстро следует второй. Они медленно двигаются, массируя стенки глубоко внутри меня, и все сжимается. Не поймите меня неправильно, я не новичок в мире секс-игрушек, но эти? О да, я определенно незнакома с ними, но планирую познакомиться поближе.

— Так хорошо? — спрашивает он.

Все, что я могу сделать, это с трудом сглотнуть и кивнуть.

— Не двигайся, Птичка.

Я чувствую, как он перемещается позади меня, и, прежде чем я успеваю понять, что он делает, он оказывается на коленях, и как только его теплый рот накрывает мой клитор, шарики начинают вибрировать внутри меня.

— О, черт возьми, — выдыхаю я, делая глубокий вдох, а мои колени подгибаются подо мной.

Я чувствую порочную ухмылку Айзека на своей сердцевине, но, поскольку все мое тело начинает дрожать, я не могу даже окликнуть его. Это интенсивно и так чертовски хорошо. И когда эти шарики двигаются внутри меня, клянусь, я вижу звезды.

Мое дыхание становится неровным, глубоким, и когда его язык скользит по моему клитору, я чувствую знакомое напряжение глубоко внутри.

— Черт, Айзек, — стону я, впиваясь ногтями в лодыжки и извиваясь под его хваткой.

Я не могу этого вынести. Это слишком. Слишком напряженно, но, черт возьми, я доведу это до конца.

Он воздействует на мой клитор лучше, чем я когда-либо делала это пальцами. Посасывая, щелкая, дразня, пока я практически не оказываюсь верхом на его великолепном лице, и все это время вибрирующие шарики отправляют меня в совершенно новое измерение.

— О, черт. Я собираюсь…"

"Я не успеваю вымолвить больше ни слова, прежде чем взрываюсь, мой оргазм проносится сквозь меня, как гребаная ракета, переполняя мой организм и вознося меня выше, чем когда-либо прежде.