Любовь вне правил

Поэтому я отшил рыжую и до конца вечера чувствовал себя полным дерьмом. Так не могло продолжаться вечно – я рисковал загубить все, что успело между нами возникнуть.

– Мне как-то стремно, Ром.

– Почему?

– Сам знаешь почему. Как только к кому привяжешься, так потом хочется умереть, если тебя бросят.

– Перестань, Рул, обычно люди, которые действительно друг к другу привязаны, никуда не хотят деваться. Ты оглянись: я здесь, Нэш тоже, Джет и Роуди за тебя глотку перегрызут, и Шоу, кстати, тоже пока тут. Ты, может быть, думал, что она рядом только из-за Реми, потому что он всегда заботился о ней, но, по-моему, ты достаточно умен, чтобы понять теперь, что она рядом с тобой совсем по другой причине.

Он с лязгом положил гантели на стойку и спокойно взглянул на меня.

– Пора повзрослеть, Рул. Перестань вести себя как избалованный ребенок, который никак не вырвется из тени брата. У тебя потрясающая успешная карьера, семья, хоть и проблемная, но любящая, а еще – красивая девушка, которая только и ждет, чтоб ты понял, что она принадлежит тебе.

– Мужик, когда ты начинаешь разыгрывать старшего и умного, мне выть хочется.

Ром закатил глаза. Мы зашагали в раздевалку. Я переоделся и быстро взглянул на мобильник. Мое сердце сжалось, когда я прочел сообщение, которое прислала Шоу. Она страшно переживала. Ну и дурака же я свалял. Надо было поговорить с ней, вместо того чтобы без единого слова отпускать в Бруксайд с тем придурком. Я пытался придумать ответ, когда Ром хлопнул меня ладонью по затылку.

– Пошли.

– Слушай, Ром…

Брат повернулся и посмотрел мне в глаза.

– Как там папа с мамой?

– А что?

– Ну, из-за нас с Шоу. Если все получится, если я не облажаюсь, что тогда делать? Они ведь не поймут.

– Какое тебе дело? Ты имеешь право на счастье, и Шоу тоже. Реми нет, и ничего тут не изменишь.

Я откашлялся и потер шею.

– Э… у Шоу никогда с Реми ничего такого не было.

У Рома глаза полезли на лоб.

– Я, пожалуй, не стану спрашивать, как ты это выяснил.

– Да уж, лучше не спрашивай. Короче… я теперь точно знаю, что у них ничего не было.

– И все равно, мамы с папой это не касается.

Я опять вздохнул.

– Ну да, наверное.

Мы разошлись, и я зашагал в салон. Клиенты шли косяком, а вечером я собирался на концерт. Брент, главный вокалист группы, был нашим постоянным клиентом, и, когда «Трюки» стали популярной группой, я получил неплохую рекламу благодаря тому, что солиста украшали мои татуировки.

После работы я поехал домой и переоделся, чтобы потусить с парнями, но думал по-прежнему о Шоу и о сообщении, которое она прислала утром. Она обидела меня, и, пусть даже я был слишком упрям, чтобы это признать, но отстранился я именно поэтому.