Любовь под напряжением

Ядвига поспешно разлила кипяток по чашкам и поставила передо мной коробочку с чайными пакетиками.

– Расскажу вам немного о предстоящем мероприятии, – встряхнувшись, проговорила она.

Мы принялись обсуждать будущую презентацию. Сама от себя не ожидая, я быстро включилась в процесс и принялась задавать вопросы. Взыграл спортивный азарт. Призовое место? Ха! Да мы возьмем первое! Воодушевленная, я сообщила о своих намерениях Ядвиге.

– Не думала, Валерия, что вы такая азартная, – удивленно проговорила женщина.

– Я и сама про себя такого не думала, Ядвига Станиславовна! – честно сказала я, уплетая за обе щеки суфле.

– В этом они с ней тоже похожи… – пролетел одинокий вертолет.

Вспомнив о той фотографии, которую видела в доме у Ядвиги, я начала жевать медленнее…

– Знаете, почему я люблю это суфле? – спросила вдруг у меня преподавательница.

Я растерянно пожала плечами.

– Почему же?

– Это было любимое суфле моей дочери, – тихо проговорила она. – Вы видели у меня дома ее фотографию…

Я быстро закивала:

– Мы похожи!

– Боже, это невероятно, – прошептала Ядвига.

В глазах ее уже задрожали слезы. Я растерянно отложила суфле…

– Ой, Ядвига Станиславовна! – пробормотала я, накрывая ладонью ее ладонь. Рука у нее была ледяной, но теперь мне бы и в голову не пришло сравнить Ядвигу с лягушкой.

– Все в порядке! – покачала она головой. – Иногда действительно кажется, что все уже позади, но бывают вот такие теплые моменты… Лера, как у вас дела с мамой?

Я замялась. Тогда Ядвига смутилась.

– Простите, Журавлева, это не мое дело…

– Вообще-то не очень! – призналась я.

– Не держите в себе обиды, – сказала Ядвига Станиславовна. – Перед тем как случилась эта страшная авария… Мы с дочерью повздорили. Да и вообще стали реже общаться. Вы не представляете, каково это – восемнадцать лет жить с дырой вместо сердца. Не держите в себе обиды, Лера, – повторила Ядвига. – Мама вас любит.

Я еще раз ободряюще сжала ладонь Ядвиги. Дальше чай мы пили практически молча, лишь иногда возвращаясь к вопросам, касающимся моей курсовой. Я с удивлением обнаружила в голове ту самую умиротворяющую тишину и тотчас же почувствовала такое облегчение…"

"Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Рэд. При виде меня лицо парня вытянулось от удивления.

– И эта здесь расселась! – с досадой крякнул один из вертолетов.

Я только рассерженно залпом допила чай.

– Краснов? Вы чего хотели? – строгим голосом спросила Ядвига Станиславовна.

– Так долги принес… – проговорил Рэд. Забавно он стушевался перед Ядвигой! Обычно весь такой из себя самоуверенный, а тут стоит у порога, топчется, как нашкодивший первоклассник у доски. – Лев Борисович сказал, что в зачетку курсовую не проставит.

– Сколько же у меня должников.