Любовь нечаянно нагрянет

За твое здоровье!

Не успел дед пригубить, как за их спинами раздалось возмущенное:

— Де, ты опять! У тебя давление!

Николай Иванович хитро подмигнул Громову и секундой опрокинул в себя стопку.

— Р-р-р-р, — поморщился, закусил сальцем и повернулся в Рите, — И тебе доброго утра внученька.

Та беспомощно выдохнула и пристроилась на стул рядом с Лексом.

— А чем это у вас вкусненьким пахнет? Я тоже хочу.

Громом не без удовольствия почувствовал на своем плече ее маленькую ручку и послушно чуть наклонился для легкого поцелуя в щеку.

— А деда поцелуйчиками не балуешь, только кричишь с утра пораньше — ворчливо заметил дед и рыжуля тут же подскочила его обнимать, — А ну тебя! Иди жгёнка!

Леса забавляли их перепалки.

Что ни говори, а дед Ритке достался, что надо.

Не спеша позавтракали и дружно засобирались домой. В дачном домике, конечно здорово, но на следующий день уже хочется благ цивилизации в виде санузла хотя бы.

Пока все собирались Лекс почистил машину от снега и прогрел машину, просматривал список пропущенных вызовов. Сегодня уже звонил главный инженер целых четыре раза — не иначе, что-то случилось на объекте.

Громов решил сейчас не перезванивать. Без него, конечно, не разберутся, но срываться сейчас на объект не было не какого желания.

В последнее время он все больше жалел, что связался с госзаказом.

Да, престиж.

Да, репутация станет гораздо солиднее.

Но был ли смысл прогибаться из-за этого под Анатолия Львовича?

В последнее время многие вещи стали казаться все более бессмысленными.

Какой толк от всех этих срерхблаг, если они не приносят удовлетворения?

Та же ситуация с красивой женщиной, которую ты не любишь, но она подходит тебе по статусу.

Кстати о ней!

Лекс пролистал список пропущенных дальше. Так и есть — Ася звонила вчера. Наверняка хотела виртуально облобызать его своими накаченными губами.

Сейчас, гладя, сквозь лобовое стекло, как Ритка шустро бежит к машине, пока дед закрывает домик до следующего приезда, мужчина чувствовал укол совести.

Это давило, но и порвать с Асей по телефону было бы неправильно.

Какой бы она не была, все же не заслужила такой отставки.

Далее, наверняка, предстоял непростой, возможно, даже болезненный, разговор с несостоявшийся тестем. Не то, чтобы Лекс боялся Анатолия Львовича, но кровь он мог подпортить знатно и не только в моральном плане.

Тем не менее грядущие проблемы не сильно волновали Громова. Он словно зачарованный смотрел на рассыпавшиеся пышным облаком рыжие волосы Ритки, а в голове рождались слабые ростки грядущего проекта.

Он не просто строитель.

Он архитектор.

Почти художник, который совсем позабыл, что его работа не только тупое исполнение заказов, но еще и творчество.