Любовь на сладкое

— Это тебе спасибо. Я бы еще в офисе сидел на пару с Дудкиным. Та еще компания, как понимаешь.

— Так если ваш совместный проект завершается, получается, Альберт уедет? — спросила, а сама тут же вспомнила, как наш король унитазов грозился остаться здесь насовсем.

— Понятия не имею. Будешь по нему скучать?

— Не знаю, с ним всегда как на вулкане. — Смотрю, как Марат, не раздеваясь, уселся в кресло и прикрыл глаза. — Но он такой… в общем, я пытаюсь учиться у него пофигизму.

— И как? Получается?

— Не очень, если честно. До Альберта мне далеко.

— Мне тоже. — Марат стучит пальцами по своему мобильному. — А надо. Придется.

— Ты весь вечер совсем не живой какой-то! — не сдерживаясь, восклицаю я. — И мне кажется, что дело тут не в работе… И на ужин ничего толком не съел.

— Прости, я сейчас не лучшая компания, просто как-то все навалилось за пару дней. То на работе «пойди туда, не знаю куда», я не помню вообще, во сколько вчера домой вернулся, еще и Элька как снег на голову, офис наш сегодня штурмовала, дурочка.

Вот тут я вся превратилась в слух. До этого Марат ни словом не обмолвился про свою бывшую.

— А что ей нужно? — осторожно спрашиваю, вспоминая слова Оксаны, что Бойченко еще осчастливит, и не раз, своим появлением.

— Понятия не имею. Что-то несла про сотрудничество. Не я ее отшивал, дальше ресепшена ее не пустили, но все равно неприятно. Но главное все равно не это. Похоже, кто-то серьезно взялся за «Али», идет информационная атака на ресторан. Сегодня уже несколько поставщиков звонили, спрашивали, все ли у нас хорошо и откуда столько негативных отзывов.

— Отзывов? Опять пишут, да?

Усаживаюсь на диван напротив Марата. Он весь вечер, пока мы ужинали, ничего не рассказывал, вот только сейчас я начинаю узнавать, что на самом деле происходит.

— Еще как пишут. И наши пиарщики бьются, пишут ответы, но их не слышат. Голосу анонимного блогера верят больше, чем официальной позиции. Достало уже! И отец себе места не находит. Он же инвесторов ищет, дядя Зарецкой, кстати, отвалился, но туда ему и дорога. Все это плохо, Люба. Очень плохо.

— Я… Я могу чем-то помочь? — Невыносимо смотреть на него, такого измотанного и мрачного. — Марат, я…

— Иди ко мне. Просто обними.

Усаживает меня к себе на колени, ладонями задевает мой джемпер и тянет его вверх.

— Вот так лучше. — Впервые за весь вечер я слышу удовлетворение в его голосе. — Намного лучше.

Шумно вдыхает воздух у моей груди и прижимается к ней лбом.

— Люба… моя любовь…

На часах полтретьего ночи. Марат давно спит, а я, как вор, спряталась в самом дальнем углу со своим телефоном в руках…

«Поначалу «Али» вызывает у вас комплекс неполноценности. Вся эта пышная роскошь интерьеров, а на вас ни вечернего платья в пол, ни колье за много тыщ у. е.