Брат, мсти за любовь!

Как бы кожаные диваны вдоль стен, золоченые люстры под хрусталь, ковер на полу. И какой-то молодой человек в черных брюках и белой рубашке с галстуком-бабочкой. Улыбка до ушей, стеклянный взгляд.

«Здравствуйте…» «Очень приятно…» «Мы вам очень рады…» Дежурные, ничего не значащие фразы. А вот более конкретно.

— Извините, но в настоящий момент мы можем предоставить вам только услуги бара. Диско-шоу только в вечерней программе…"

"Парнишка красноречиво посмотрел на Никиту. Ему стал понятен этот взгляд.

На нем была короткая кожаная куртка, под ней самая обыкновенная футболка. Серые просторные джинсы, кроссовки. Вид спортивный, но явно не представительный. Для дискотеки, может, и покатит, для ресторана — не совсем то, что надо. В дорогие рестораны ходят респектабельные личности, к категории которых этот парнишка Никиту явно не причислял.

Но Никите все равно, как он выглядел. У него есть деньги. А в этом мире деньги решают все.

— А мне как раз кабак и нужен, — беспечно хлопнул он парнишку по плечу. — Пошли, братишка, покажешь, где здесь устриц в повидле подают…

— Устриц?! В повидле?! — округлил глаза парниша.

— Ага, в повидле, в огурцовом… Да ладно тебе, расслабься, я просто прикололся… Но если захочу… — Никита небрежно вытащил из куртки толстый бумажник, раскрыл его, показал, как много в нем стодолларовых купюр. — Если захочу, подадите мне и лобстеров, и миног — и все это под соусом из поносной кабачковой икры…

— Да, да, конечно… — закивал парнишка. Никита оказался прав. Деньги в этом заведении значили больше, чем клубный прикид.

Парнишка повел его через холл в зал ресторана.

— Эй, — остановил его Никита. — А куртку мне снять можно?

— Да, да, конечно…

Видимо, в первоначальном проекте кинотеатр должен был состоять из двух кинозалов — большого и малого. И пол скорее всего в этих залах должен был иметь определенный наклон. Кинотеатр не состоялся, и залы попали под переделку. Один, который малый, отошел под ресторан, второй под дискотеку.

И пол в ресторане самый обыкновенный — без всякого наклона, выложен дорогой специальной плиткой. Зал в форме овала. В дальнем конце сцена, перед ней площадка для танцев, белоснежные ряды столиков. Высокие потолки. Сразу возле входа, под аппаратной, на втором этаже что-то вроде партера. Сейчас там размещался отдельный кабинет. Стол, роскошные диваны из белой кожи.

Никита обратил внимание на этот единственный в ресторане кабинет. И уж очень ему захотелось отобедать именно там. Но возникший перед ним метрдотель покачал головой:

— Извините, но этот столик заказан…

И столько скорби в его взгляде, что у Никиты отпало всякое желание настаивать.

Он устроился за первым попавшимся столиком. Кроме него, в зале находилась какая-то благопристойная парочка.