Брат, мсти за любовь!

Коктейль «жар-птица» не воспринимается как наркотик, а от него до иглы путь короткий.

Теперь у Валерки нет нужды давить на психику каким-то Мишкам, уговаривать их. Все решается очень просто. «Жар-птица», секс с Лялькой, и клиент готов.

«Секспирин» появился, когда он стал работать на Коваля. И с тех пор не переводится. С него клиенты пересаживаются на героин. И этого добра у Коваля хватает.

Коваль восстановил свои позиции. Команда у него новая, крепче прежней. И территории свои успел сохранить. А главное, он наркотой занялся. Коваль никого и ничего не боялся. Поэтому дело сразу закрутилось на полных оборотах.

«Жар-птица» — сильная вещь. Скоро она «облетит» все кварталы, через нее на иглу сядет каждый третий, если не каждый второй. А лучше, если наркошей станет каждый житель его района…"

"Валерка представил, как он будет ездить на роскошном «Линкольне», как девчонки будут падать к его ногам… С небес его спустил шорох за спиной. Он обернулся и увидел вооруженных людей. Все они были в штатском. Но Валерка все равно понял, что это менты.

Ему вдруг стало смешно. Он засмеялся. И его демонический смех не оборвал удар в челюсть. Он упал, но продолжал веселиться.

Он смеялся над ментами. Как бы ни тужились мусора, им все равно не остановить «жар-птицу».

Только смеялся он напрасно. Оперы из РУБНОНа всерьез взялись за «секспирин». Был взят под стражу Коваль, его «быки», большинство наркодилеров, уничтожена тайная лаборатория по производству серого порошка…

А может, смеялся он не напрасно?.. Может, «жар-птица» — как легендарная феникс? И возродится из пепла. Не будет «секспирина», появится что-нибудь другое… Кустарных гениев много, и они в вечном поиске…

Часть третья

Глава первая

Противник Никите попался откровенно слабый. Но настойчивый. Как одержимый он рвался к победе. Только Никита останавливал его не совсем сильными, но точными ударами в голову и корпус. Бил руками, ногами — как положено в кик-боксинге.

И вот удар гонга. Поединок завершен. Никита победил…

После боя к нему подошел тренер.

— Не пойму тебя, Никита, — будто даже с упреком сказал он. — Ты же не просто боец, ты машина. Ты мог смять этого сопляка. Ты мог раскатать его по рингу. Ты мог послать его в нокаут десятки раз. А ты ни разу не воспользовался моментом… Никита лишь пожал плечами. И простодушно улыбнулся.

— Нокаут — это плохо… Для него плохо, — показал он на побитого бойца, который уже присоединился к своей команде. — А еще нокаут — это больно… А он ничего плохого мне не сделал…

— Да какая разница, сделал он тебе плохо или нет?.. Тебе просто повезло. Попадись противник посильней, тебя бы самого гоняли по рингу…

— Ну и побегал бы, ничего страшного.

— Никита, ты меня удивляешь.