Любовь к наследству прилагается

Всего хорошего и выздоровления вам!"

"Бросаю в последний раз взгляд на девушку и, не оборачиваясь, возвращаюсь обратно к ресторану, где осталась моя тачка. Ну, ничего, пусть подумает немного, а через недельку гляди и одумается. Или же так и останется в квартире со своими котами, кто ее такую истеричку вытерпит то? Нет ничего хуже независимой и умной женщины, понимаю я. Даже манипулировать нечем. Кредитную карту заблокируешь такой и что? Она пойдет и свою из сумочки достанет. Как же просто было с остальными моими девушками и как тяжело с этой. И ведь я был готов предложить ей попробовать отношения. Настоящие отношения, а не те, где мы встречаемся несколько раз в неделю для хорошего секса. К тому же, эти отношения были бы выгодны во всех планах. Я бы занялся ресторанами, Люба — заводом. Все счастливы и при деньгах. А теперь… что ж, посмотрим.

Глава 29

Кирилл

С самого утра Левандовская не в отвратительном настроении. Не настолько как вчера, мы даже перекинулись несколькими словами, но все такая же безразлична и деловая. Появилась в моем кабинете, бросила на стол толстенную кипу бумаг и приказала заверить их своей подписью.

Атмосфера напряженная, мне даже захотелось поспорить с ней, чтобы вывести хоть на какие-то эмоции, потому что бесит до чертиков это молчание. А еще то, что она отменила корпоратив, который я планировал на этой неделе ссылаясь на тренинг для персонала, раздала всем моим подчиненным приказы и почему-то ее они боятся ослушаться больше чем меня. Это настолько меня разозлило, что я наконец-то осознал насколько вчера был близок к персональному конца света. Отдать власть в руки Любы худшая идея, которая могла прийти мне в голову. Ее нужно уволить и отправить подальше от компании. Я был так зол, что не смог удержаться и специально сказал, что у меня нет времени на эти бумаги так как собираюсь на ужин с девушкой. Предложил отдать все моей секретарше, но вместо этого Люба принесла вдвое больше документов, чем разозлила меня еще больше.

— Я чувствую запах горелого, — внюхиваюсь к воздуху и перевожу взгляд на девушку, с трудом сдерживая себя от убийства.

— Кирилл! — гаркнула эта невыносимая женщина, которую в последнее время мне все больше хочется придушить. — Не придумывай отмазок, ты не покинешь здание завода, пока не подпишешь все документы.

Принципиальная.

Стервозная.

Серая мышь.

Трудоголик.

Эксплуататор.

Терминатор в юбке.

Расфуфыренная кукла.

Но умная, чертовски умная. От таких женщин стоит держаться подальше, иначе не заметишь, как перепишешь на нее все свое имущество и останешься с пустыми карманами и голодным котом, который гадил ей в тапочки.