Любовь к наследству прилагается

— Люба? Ты на время вообще смотрела? Сколько там? — пытаюсь сфокусировать взгляд на экране телефона и радуюсь, что Левандовская сейчас далеко от меня. Шесть утра! ШЕСТЬ! — Чего тебе, демон? — стону, закрывая глаза и чувствуя, как медленно проваливаюсь в сон.

— Да, Царев, я в курсе который час. А знаешь кто мне позвонил в шесть утра? Нет? Так вот, сейчас я тебя просветлю на этот счет! Мамаев!

— Мамаев? — мой сонный, задурманенный мозг не в состоянии воспринимать информацию, но даже в трезвом уме я бы не смог ответить на вопрос кто такой Мамаев.

— Наш главный конкурент. Человек, который уже несколько раз пытался выкупить акции «СтальПрома» и который всеми возможными способами пытается нас подставить, — Люба бьется в истерике, уничтожая мои ушные перепонки.

— Я не понимаю почему ты решила сообщить мне об этом именно сейчас, — хриплю, потому что горло пересохло, а во рту настоящая пустыня.

— Наверное потому, что он решил у меня спросить как здоровье Островского, как его сердце и не собрался ли он случайно уйти в отставку. Навсегда. Сечешь?

— Нет.

— Ты кому-то говорил о смерти Фёдора Александровича?

— Нет! — безбожно вру. Хотя нет, не вру — Андрюха не считается.

— Уверен? Никому-никому? Даже своим многочисленным девкам?

— У нас с ними есть вещи гораздо интересней, чем разговоры о моих родственниках.

— Тогда какого черта в твиттере появилась статья «Куда делся Островский? Ходят слухи, что он скончался, но чтобы удержать компанию на плаву внук Царёв скрывает этот факт ото всех»? Ох, а вот еще одна: «Кто на самом деле управляет «СтальПромом»? Островский, его внук или молодая любовница?»! — разьяренно орет Люба.

— Эмм, — Андрюха не мог никому разболтать об этом, я уверен, а больше никому я не говорил. Или говорил? Черт, ничего не помню. А может в туалете был еще кто-то кроме нас? Я ведь не проверял кабинки.

— Эмм? Это все что ты можешь мне сказать?

Боже, какая же она истеричка, и как ее только парень терпит?

— С чего ты вообще взяла, что это я кому-то разболтал?

— Потому что об этом знает четыре человека: ты, я, юрист и управляющий дома.

— А еще доктора, полиция и кто там выдает Свидетельство о смерти?

— Короче, Царёв, я сбрасываю адрес, заберешь меня, едем в офис. Нужно решить эту проблему пока мы не улетели в трубу.

— Я не нанимался твоим водителем! — ору в трубку, но на том конце провода тишина. Чертова стерва отключилась. Фиг ей, я таксистом подрабатывать не собираюсь. Я вообще-то новый директор и собственник компании!

Но ровно в семь-тридцать как по расписанию, несмотря на свою злость, ненависть и желание послать Левандовскую выпалывать грядки в той глуши откуда она вылезла, я припарковался во дворе многоэтажки и через сообщение отчитался что на месте.

Она выпорхнула из подъезда легкой походкой.