Грозовая любовь

— Я не хочу вместе с тобой, — хрипло выдавила она из себя, с трудом поднимаясь на дрожащие от усталости ноги. — Я пойду сама.

Он дернул веревку, заставив ее тронуться с места, но все-таки придержал Эль Рея. Теперь Саманта должна была только идти… Идти не останавливаясь, чтобы вновь не оказаться на земле.

Саманта с трудом передвигала ноги. Дыхание было хриплым и прерывистым, казалось, что легкие вот-вот взорвутся. Она упала еще раз, уже у самой деревни, но теперь Хэнк не стал останавливаться, и Саманта с трудом поднялась, ободрав при этом руки и плечи о каменистую землю. Ее одежда превратилась в грязные лохмотья, все тело нестерпимо болело от бесчисленных ушибов и ссадин, но она не плакала, ее душила ненависть к Хэнку за причиненные ей муки.

Когда веревка внезапно ослабла, Саманта без сил упала на колени. Они были перед домом Хэнка. На крыльце, с фонарем в руке стоял Пабло. Старик потерял дар речи, рассмотрев стоящую на коленях Саманту. Тут же появились и остальные, включая Лоренсо.

— Ты изувечил ее! — яростно закричал он, схватив спешившегося Хэнка за руку. — Madre de Dios! Зачем?

— Не лезь в чужие дела, Лоренсо.

— Только не в этот раз! Взгляни на нее! При ярком свете Хэнк увидел наконец, что с ней стало. Но сквозь слезы в глазах Саманты светилась такая жажда мести, что Хэнк даже растерялся.

— Она немного измучена, — с деланной беззаботностью сказал он. — Но виновата в этом сама.

— Ты не можешь винить ее за то, что она пыталась бежать, — с горячностью заговорил Лоренсо.

— Не могу? — Хэнк задохнулся от возмущения. — Она дала слово, что не убежит.

— Не слишком ли многого ты требуешь от нее?

— Я просто не ожидал, что она так легко нарушит данное мне слово. Ты забыл, что я давно ее знаю.

— Посмотри, что ты с ней сделал! Разве это было необходимо? — более спокойно спросил Лоренсо. — Ты задержал ее. Зачем ты тащил ее на аркане?

— Я предложил ей сесть со мной на коня, но она отказалась. В итоге, как я сказал, она во всем виновата сама.

— Не могу поверить…

— Тогда спроси у нее сам, — отрезал Хэнк. Лоренсо так и сделал, но Саманта лишь упрямо покачала головой, отказываясь подтвердить слова Хэнка.

— Она лжет, — мрачно сказал Хэнк. В его глазах заплескалось бешенство. — Ей нельзя верить. Она лжет все время.

Саманта вся напряглась: пытаясь стравить Лоренсо и Хэнка, она лишь все усугубила.

— Пабло, поставь подогреть воду, — распорядился Хэнк. — La senorita нуждается в ванне.

Он бросил поводья подоспевшему Иниго и велел всем разойтись. Но Лоренсо не подчинился приказу.

— Мы еще не во всем разобрались, Руфино, — с горечью произнес он.

— Нам больше не о чем говорить. — Хэнк угрожающе повернулся к нему. — Придержи язык, amigo. Если тебе что-то не нравится, я не стану тебя задерживать.