Эта больная любовь

Я проталкиваю головку своего члена внутрь, вводя его в её тугое влагалище, наблюдая, как её стенки растягиваются вокруг него, в то время как она кричит в матрас. Снова схватив её за волосы на макушке, я отрываю её лицо от кровати.

— Нет, — рычу я, усиливая хватку. — Мне нужно услышать, как ангелы покидают твоё тело через это горло.

Она всхлипывает, хватая ртом воздух из-за того, как я запрокидываю её голову. Я ослабляю хватку на её волосах, сжимая их в кулак возле её шеи, наматывая длинные пряди на ладонь. Она слегка опускает голову, опираясь на предплечья и выгибая спину навстречу мне.

Изгиб её позвоночника просто, блять, великолепен с этого ракурса. Свободной рукой я провожу по изгибу её спины, касаясь пальцами каждого красивого выступа её позвоночника. Она тяжело дышит подо мной, её бедра дрожат, в ожидании, пока внутри неё только головка моего члена.

— Пожалуйста, будь нежен… — хнычет она.

Я усмехаюсь.

— Зачем тогда нам дано испытывать боль, если не можем превратить её в удовольствие?"

"Столько архаичных правил, традиций и грехов нарушается вместе с Брайони в этой комнате. Всё, чего я хочу, — это чтобы она знала, что всё это не имеет значения. Я хочу, чтобы она почувствовала, что в ней пробудилась новая сила, более могущественная, чем вымышленный Бог, которому она поклоняется. Я отчаянно стремлюсь дать ей ту власть, на которую она имеет право. Власть, которую они продолжают пытаться отобрать у неё, бесконечно овладевая её разумом и телом.

Брайони станет тем оружием, которым ей всегда суждено было быть.

Я плюю на свой член, смачивая его повыше, чтобы облегчить себе проникновение в её девственные стенки. Наблюдая, как костяшки её пальцев белеют от того, как сильно она вцепилась в одеяло, я вхожу в неё, глубоко и быстро, сильным толчком.

Она ахает, крик вырывается из её горла, в то время как она растягивается, пытаясь привыкнуть ко мне. Её стенки медленно расслабляются, но хватка такая крепкая, что ее киска сжимается вокруг меня, как кулак.

Я громко стону, забывая, насколько приятным может быть секс, пока она кричит сквозь свои стоны.

— Блять, этот вид, — ворчу я, слегка отстраняясь и видя, как результат её возбуждения покрывает мой член, изгибы её тела подо мной кричат о женственности во всем её совершенстве. — Это тело было создано для греха.

Ускоряя темп, я отбрасываю её волосы и хватаюсь за упругую плоть её бедер, входя в неё всё быстрее и сильнее, погружаясь в ощущение того, что я её первый. Она моя.

Мои яйца напрягаются, когда они ударяются о её кожу, несомненно, оставляя её губы припухшими и красными.

Она громко вскрикивает, прежде чем я наклоняюсь над её спиной, прикрывая ей рот ладонью.