Любовь без права на ошибку

И то и другое не получилось! Вернее, получилось, но ужасно!

В воздухе стояла мелкая бетонная взвесь, мгновенно забившая глаза, нос и рот. Я отплевалась, откашлялась, вытерла глаза, елозя ими по руке, и сделала еще хуже. Пришлось оторвать ладонь от одной из головок, протереть пальцами глаза – стало немного видно и не так жгло. Я посмотрела на деток, повернула к себе их мордашки.

– Вы в порядке?

Они кивнули, но звуков никаких не издали. Лишь смотрели на меня расширившимися от страха глазенками.

– Все хорошо, – успокоила я их, решив сразу же проверить столь смелое собственное утверждение, и встала.

Я была в порядке, никаких ушибов и повреждений, дети тоже. Битов!!

И я, с детьми на руках, рванула в ту сторону, где он находился до обрушения.

– Битов!! – заорала я, ни черта не видя в этой пыли.

– Я здесь! – подал он голос откуда-то снизу и закашлялся.

Я осторожно сделала шаг, еще шаг и уперлась во что-то относительно мягкое, оказавшееся плечом Влада.

– Ты чего лежишь? – присела я перед ним на корточки.

– Вася, уноси детей, – очень сурово приказал он.

– Сейчас, – пообещала я и поставила детей на пол. – Постойте минутку. Ладно?

Они снова синхронно кивнули и схватились за ручки. Но с места не сдвинулись, молодцы! А я встала на четвереньки и поползла смотреть, что там с Битовым.

– Василиса! Уходи!

– Сейчас! – повторила я обещание.

И тут у меня похолодело внутри. Я смогла рассмотреть, что проклятая бетонная плита, упав, придавила Битову ноги. Как я поняла, ему досталось по боку, по касательной, и от этого удара он упал, а сверху на его ноги упала плита. Не все так страшно! Эта сволочь основной массой обрушилась на ряд детских кроватей, а вот отломившийся от нее длинный кусок лежал наполовину на крайней от входа кровати, подмяв ее под себя, а рваным краем, из которого торчали прутья арматуры, придавил ноги Влада.

– Васька, уходи!

Отвечать я не стала, попробовала приподнять плиту, ни фига не получилось. Но я оценила масштаб задачи и возможность ее решения. Так, мыслить будем сильно и позитивно!

– Уходи, немедленно! – надрывался Битов. – Спасай детей!

– Ладно! – «подчинилась» я.

Схватив детей на руки, ничего не говоря Битову, я рванула в освобожденный им проем двери. Дети были тяжеленькие, нести их оказалось трудно и неудобно, тем более бежать с таким грузом. Но я не замечала их веса и не обращала внимания на то, что они медленно сползают по моим бокам, лишь прижала их к себе посильнее. Я неслась дальше, обегая валявшиеся в коридоре куски бетона, через дверь, к толпе людей, стоявших у забора. Сунула кому-то в руки детишек и побежала дальше, не слушая вопросов и возгласов.