Любовь без башни

— Да, а почему кофта ее?

— Ага, а кофта-то та самая, которую она тебе на именины дарила, помнишь, Вась?

— Да в эту кофту кто хочешь может завернуться, — заметил Ясин. — И главное, головы не видно.

— А потому что это такая кофта, с капюшоном… Вот уж точно — надо было тебе, Вася, принять этот чертов подарок!

— Можно подумать, они бы не нашли в чем сюда явиться!.. О! А вот она вас в подвал — эть, и все дела!

— Ничего себе — эть! Я чуть шею не свернула! Аня, не выходи замуж за этого Ясина, он бревно какое-то бесчувственное, — ворчала Люся. — О! А вот и Васю! Ха! Вась! Как тебя быстренько, да? Шлепс, и все дела!

— Аня, и за Люсю тоже не выходи, — негромко проговорил Ясин. — Она такое же бревно, вон как за Василису «порадовалась».

— Ой, чует мое сердце, что мы, Анечка, с тобой вдвоем век куковать будем… — вздохнула Василиса.

— Ну и что? — не успокаивался Ясин. — Вы знаете этого человека?

— Это… либо Эльвира… — начала говорить Люся.

— Что маловероятно, — поправила ее Василиса.

— Либо… Ленечка.

— А кто это — Ленечка, — не понял Ясин.

— Ее муж. Новый, — пояснила Аня.

— Найду его и… он точно не будет больше бегать по моему дому! — сжал кулаки Ясин.

Василиса поднялась, вместе с ней поднялась с пола и Люся.

— Ну что ж, пойдемте… Его не надо искать, он вполне беззаботно проживает с нами по соседству… и даже не догадывается, что его кто-то может найти.

Они подошли к двери Эльвиры, и Аня нажала на кнопку звонка."

"— Иду! Иду-у! — знакомым голоском запела за дверью Эльвира Арнольдовна. — Ой кто ко мне пришел! — радостно всплеснула она руками, едва открыла дверь.

Но, видимо, серьезные лица гостей не настраивали на радость, потому что женщина тут же смутилась, одернула домашнее платьице и с тревогой спросила:

— А что? Васенька… а что у нас? Девочки? Что? Ну что случилось-то?! Ну что вы молчите?!!

— Тихо-тихо… — проговорил Ясин, обнял Эльвиру за плечи и провел в комнату. — Налейте нам чаю. Или чего покрепче… Вы пьете водку?

Эльвира трясущейся рукой поправила чуть растрепанные волосы и постаралась улыбнуться.

— Я? Водку? Ну, если уж совсем ничего нет… А у меня коньяк есть и вино… красное есть… девочки, а вы вино будете?.. Господи, да что ж вы будто… будто похоронили кого!

У Василисы, у Люси и Ани и в самом деле были такие скорбные лица, что без слез не взглянешь. Да и как без них, без слез! Ведь этот Ленечка был таким милым человеком, они вместе гуляли, он и с Васей, и с Люсей… вот потому со всеми и любезничать успевал, что ему надо было!

— Эльвира! Ваш муж… ваш суженый… гад! — первой не выдержала Люся.

— По… почему? Люсенька, почему? — задрожал подбородок у Эльвиры.

— А потому! Потому что мы ему верили, а он! — выкрикивала Аня.