Любой каприз за ваше сердце

Но как оборвать все и разом? Как заставить себя забыть те чувства, которые испытывало мое истерзанное ложью сердце? Как объяснить самой себе, что две стороны одной медали никогда не смогут соединиться? От одной мысли, что я больше не увижу его, не прикоснусь к его губам, не буду ощущать его аромат в своих волосах, к горлу подкатывал комок. Прошли всего сутки, а мне уже его не хватает. Дура. Я точно дура.

— Ну да, конечно. Ага. Верю, — Ритка фыркнула. — Все предыдущие разы тоже верила. Ты на нем помешалась. И сама стала как нарк…

— Не говори этого слова!!! — я закричала.

— Фиг с вами. Я не лезу. Но знай, если вы опять сойдетесь, то ты лишишься своей единственной подруги. Вот.

— Этого не будет, — я сама не верила в то, что говорила.

— Ладно, — Ритка решила сменить тему. — Что там хозяйка квартиры? Сколько денег запросила?

— Да там такая история… — я подошла к пешеходному переходу и покрутила головой по сторонам. — Сантехник сказал, что она сама виновата в прорыве. Трубы вовремя не поменяла, экономила. Ну вот и получила.

— Слава богу! А я-то уж хотела…"

"Конец фразы утонул в оглушительном автомобильном сигнале, а затем последовал сильный удар в бедро, отчего мое тело содрогнулось и рухнуло прямиком на мокрый асфальт. Боль расползалась по каждой клеточке тела, заставляя забыть, как дышать, двигаться и даже просто видеть.

И…

Тепло от поцелуя разносилось терпким дурманом в моей голове. Его горячие губы действовали настойчиво, не оставляя мне ни секунды на размышления. Его руки подхватили меня как пушинку, не оставляя между нами пространства. Никаких границ. Есть только я и только он. Наши дыхания соединились, а руки исследовали каждый сантиметр тела.

— Воу-воу, ребя-ят, кажется, вам стоит уединиться, — хохот Ритки вывел нас из мимолетной эйфории. — Здесь же дети!

Как можно было забыть о нескольких десятках моих однокурсников, с которыми мы на природе отмечали успешно закрытую летнюю сессию? И пусть далеко не каждый из присутствующих здесь был трезв. Ощущение стыда обрушивалось лавиной на мои плечи. Как меня, примерную четверокурсницу, идущую на красный диплом, угораздило повиснуть на выпускнике, которого я видела в пятый раз в жизни? Во-от черт!

— Дети? — Миша рассмеялся и мягко опустил меня на землю. — И где же?

— Вот! — подруга притянула к себе Ромку с которым ее связывали не совсем простые, но все же отношения. — Это Рома. Мой старшенький. Варю ему кашки по утрам, слежу, чтобы чистил зубки. И тут вы со своими игрищами!

Ритка расхохоталась.

— Я Миша, — тот, кто минуту назад завладел моим разумом, кивнул моей лучшей подруге.

— Рита. Так что же ты, Миша, делаешь с гордостью нашей группы, с моей лучшей подругой? М?

Я закатила глаза и попыталась рассмеяться. Вышло скверно.