Любой каприз за ваше сердце

Тонкие губы изогнулись в подобие явно непривычной для этого лица улыбки, а темные, как ночь, хищные глаза изучали меня вдоль и поперек.

— Ничего мне от вас не надо, — мои мокрые руки вцепились в ручку автомобиля, которая отказывалась открываться. — Выпустите меня сейчас же!

— Нет, — мужчина отвернулся и отточенными, уверенными движениями направил машину в сторону дороги. — Вас трясет. У вас озноб. Мы едем в больницу, чтобы исключить травмы. А пока можете включить себе подогрев сидений, чтобы обсохнуть.

— Остановите машину! — я постаралась вложить в голос все свое мужество. — Иначе я вызываю полицию!

Пальцы принялись судорожно рыскать в поисках мобильника.

— Ваш телефон у меня, — мужчина кивнул в сторону сумки, расположившейся на пассажирском сиденье. — Пока вы находились в бессознательном состоянии, вам звонил некто Куликов Михаил Сергеевич, которому я сообщил, что вас сбила машина, и договорился, чтобы он вас забрал из предложенной мной клиники. Успокойтесь, я не причиню вам вреда.

Миша? Будет забирать меня из какой-то там клиники? Только этого не хватало!

— И откуда вы свалились на мою голову?! Давайте поступим так: сейчас вы меня высаживаете, я иду на работу, на которую, кстати, чертовски опаздываю, а вечером посещаю самого дорогого врача в городе и выставляю вам счет.

— Вы ведете себя неблагоразумно, — голос мужчины похолодел. — Мои решения не обсуждаются. Я ответственен сейчас за ваше здоровье, поэтому и решать тоже буду я. Без разговоров.

5

Телефон нервно вибрировал в промокшей насквозь сумке, ей-богу, раз в сотый. И у меня не было ровным счетом никакого желания интересоваться личностью звонившего. Отвечать Мише я не собиралась, равно как и ехать в его сопровождении из этой чертовой клиники, в которую меня насильно доставил мой несостоявшийся убийца. И теперь я нервно перебирала пряди волос, сидя в гордом одиночестве на белоснежном мягком кожаном диване в ожидании результатов описания моего рентгена. Прямо перед глазами расположился огромный экран телевизора, вещавшего о каких-то новомодных уколах красоты, а весь коридор оказался усеян самыми настоящими пальмами в огромных горшках. И я в своих поношенных, грязных и мокрых одеждах смотрелась на этом фоне как бельмо на глазу. Как попрошайка в компании состоятельного и явно знаменитого в этом заведении джентльмена. И откуда он только взялся в нашем захолустье? Свалился на мою голову на своем серебристом мерседесе…

— Кристина Сергеевна, — ко мне, расплываясь в улыбке, шла врач в белоснежном халате, осматривавшая меня десятью минутами ранее. — Рентген в норме, перелома удалось избежать! Жду вас на осмотр через неделю для закрытия больничного листа.