Мой любимый Метаморф

— Марк! Тебя нашли без сознания на территории Академии за старыми хозпостройками. Что ты там делал? Как ты себя чувствуешь?

— Голова болит, — пробормотала я и попыталась сесть.

Макс мгновенно приобнял меня, помогая подняться, а меня прострелило дрожью от его прикосновения. Я повернула к нему лицо, и мы неожиданно почти соприкоснулись носами.

Замерли. Мое сердце подпрыгнуло до самого горла, а к лицу прилила кровь. Он тоже нервно сглотнул и резко приблизился еще ближе, почти целуя меня, как вдруг… бесшумно открывшаяся дверь палаты впустила в помещение доктора Питта, замершего при виде открывшейся провокационной картины.

Мы мгновенно отвернулись друг от друга и покраснели, а док с неловкостью откашлялся.

— Марк! Очень хорошо, что ты пришел в себя! Как самочувствие?

— Нормально, — ответила я, пытаясь справиться со смущением.

— Максимиллиан, принеси другу больничный паек под номером пять: ему сейчас нужно восставить силы! — поручил он Максу, и тот поспешно покинул палату.

— Итак, парень, рассказывай, — начал доктор Питт, усаживаясь на стул рядом с моей койкой. — Почему ты оказался там и что с тобой случилось?

Я напрягла память, и вдруг перед глазами всплыло перекошенное в смертельной агонии лицо Азота. Мои глаза расширились, сердце пропустило удар, а аппарат, фиксирующий мои жизненные показатели, резко ожил и громко засигналил.

Доктор Питт быстро схватил со стола иньектор и, не спрашивая разрешения, с размаху ввел мне в мышцу на бедре какой-то препарат.

На меня сразу же накатила сонливость, но в дремоту я не погрузилась. Сердце мгновенно успокоилось и возвратилось к прежнему ритму, а док сказал:

— Похоже, там действительно что-то произошло. Выкладывай!

Я сжалась. Память быстро выдавала детали произошедшего, и я поняла: таинственный цвинн не только не убил меня, но, похоже, не причинил мне вообще никакого вреда. Обморок, скорее всего, стал следствием ментального влияния, но в целом со мной все было в порядке. Но… почему он так поступил? Смерть Азота, конечно, была жуткой и очень меня беспокоила. Я не желала ему смерти. Но, выходит, незнакомец защитил меня? Но почему? Это еще один агент? Но будь это так, он не смог бы поднять руку на непосредственное начальство.

Нет, что-то не сходится…

А еще похоже на то, что тело Азота не нашли, иначе Макс обязательно сказал бы мне об этом в первую очередь.

Из раздумий меня вывел нетерпеливый голос доктора Питта.

— Марк! Ты не ответил на мой вопрос! Я должен узнать правду!

Это слово «должен» прозвучало так угрожающе, что мне стало не по себе. Я взглянула в глаза доку и впервые за все время общения с ним увидела в его взгляде… глубокий холод.