Уитни, любимая

Ну а теперь, любовь моя, выбирай: либо подойдешь ко мне без посторонней помощи и по своей воле, либо я помогу, но в таком случае, боюсь, у тебя будет много неприятностей. – Клейтон поднял темные брови, давая ей время решить. – Ну? – угрожающе осведомился он, приподнимаясь.

Чтобы не унизить себя до просьб и мольбы, не доставить ему удовольствия видеть, как она покорна, Уитни молча поднялась с постели. Она пыталась держать голову высоко, выглядеть гордой и презрительно-насмешливой, но колени подгибались. Девушка остановилась в двух шагах от Клейтона. Она стояла как вкопанная, глядя на него полными слез глазами. Клейтон одним прыжком оказался рядом.

– Повернись! – рявкнул он и, прежде чем Уитни успела запротестовать, поймал ее за плечи, развернул спиной к себе и бешеным рывком располосовал платье.

Резкий звук рвущейся ткани погребальным звоном отозвался в ушах Уитни, а обтянутые атласом пуговки разлетелись по комнате. Снова повернув ее к себе лицом, Клейтон злобно улыбнулся:

– Ничего! И это платье куплено на мои деньги!

Усевшись в кресло, он вытянул длинные ноги, и несколько минут бесстрастно наблюдал за неуклюжими попытками Уитни прижать лоскутки скользкого атласа к груди.

– Опусти руки! – скомандовал он.

Корсаж выскользнул из пальцев девушки, и Клейтон не моргнув глазом продолжал смотреть, как тонкая кремовая материя, скользнув по бедрам, светлой горкой упала к ногам Уитни.

– А остальное? – бросил он коротко.

Задыхаясь от унижения, Уитни поколебалась, но затем, переступив через накрахмаленные нижние юбки, осталась в одной тонкой сорочке. Девушка понимала, что Клейтон ждет, когда она снимет и сорочку, представ перед ним обнаженной и окончательно опозоренной. Должно быть, он решил наказать ее за сплетни о помолвке и потому старается запугать подобным образом. Ну что же, она достаточно запугана и унижена за то, что сделала или собиралась сделать.

Девушка в немом возмущении попыталась отпрянуть."

"Клейтон оказался на ногах, прежде чем она успела сделать второй шаг. Его рука взметнулась вперед и запуталась в тонкой ткани у выреза сорочки, натягивая ее на упругих холмиках грудей. Сам он тяжело дышал, воздух со свистом вырывался из легких. Девушка была не в силах отвести глаз от этой сильной загорелой руки с ухоженными ногтями, лежавшей на ее груди, той самой руки, когда-то ласкавшей ее с безграничной страстью. Снова рывок, и сорочка разлетелась надвое.

– В постель! – холодно приказал он.

Отчаянно стремясь скрыть наготу, Уитни мгновенно оказалась в кровати и поспешно натянула простыни до подбородка, словно они могли защитить ее от него. Теперь она с каким-то чувством нереальности происходящего наблюдала, как Клейтон не торопясь начал раздеваться.