Уитни, любимая

Где болит? Вы можете говорить?

Глаза цвета морской волны открылись, спокойно и неотрывно разглядывая его.

Какое прекрасное лицо, невольно подумал он, когда она наградила его слабой, но ободряющей улыбкой. Однако первые же ее слова мгновенно заставили его забыть о нежных чувствах.

– Надеюсь, вы запомните, – шепнула она, – что, когда произошел несчастный случай, я была впереди.

Клейтон едва поверил своим ушам. С трудом встав, он на подгибающихся ногах шагнул к дереву и прислонился к стволу, глядя на нее в потрясенном молчании.

– Вы поможете мне встать? – осведомилась Уитни минуту спустя.

– Нет, – непримиримо ответил он, скрестив руки на груди. – Ни за что.

– Хорошо, – вздохнула она, осторожно вставая и начиная отряхивать юбки, – но с вашей стороны это крайне нелюбезно.

– Не более нелюбезно, чем с вашей! Подумать только – прикинуться, будто вылетели из седла, хотя на деле просто поняли, что не сможете выиграть!

Окинув его подозрительным взглядом, Уитни нагнулась, подняла с земли его куртку, отряхнула и вручила Клейтону. При этом девушка виновато покачала головой, но Клейтон успел заметить легкую улыбку, приподнявшую уголки губ.

– По правде говоря, я всегда считала этот свой недостаток в числе самых отвратительных, – призналась она с преувеличенно тяжелым вздохом. – И, уверяю вас, много бы дала, чтобы избавиться от него.

– Какой именно недостаток? – вопросил Клейтон, подавляя невольную улыбку при виде полного отсутствия раскаяния на прелестном, поднятом к нему личике.

– Склонность к жульничеству, – серьезно проговорила она. – Я вечно стараюсь схитрить, когда вижу, что не могу честно выиграть.

Она рассеянно провела пальцами по волосам, морщась, когда с длинных прядей сыпались листья, и Клейтон усмехнулся про себя. Подумать только, какой необыкновенный дар – превращать недостатки в добродетели и добродетели в недостатки одним пожатием плеч или кивком хорошенькой головки.

Пока Уитни разыскивала в пожухлой траве хлыст, Клейтон подошел к коню, вскочил в седло и, подъехав к Опасному Перекрестку, подхватил его поводья и подвел коня к Уитни. Но как только она потянулась к узде, Клейтон коварно заставил жеребца сделать шаг вперед, так что он оказался вне досягаемости девушки.

– Я так потрясен вашей искренней исповедью, молодая леди, – пояснил он, когда Уитни опустила руку и, нахмурившись, вопросительно взглянула на него, – что чувствую необходимость в ответном признании. Видите ли, я один из тех несговорчивых и, я бы сказал, извращенных людей, которые готовы пойти на все, вплоть до преступления, лишь бы не дать мошеннику выиграть. И сам не остановлюсь даже перед обманом, чтобы не дать этому случиться.