Любимая игрушка Зверя

Удивительно, как он выжил в помойке. Кот? Никита его так назвал. Ну точно. Кот помойный. А я это притащил в свой дом. Выходил. Любую твою прихоть выполняю по свистку. И что получаю в ответ? Ни черта. Только вечные слезы. Претензии. Обиды. Задолбало, блять. Нажрался твоей доброты досыта. Я уже поручил найти клинику, где мальчишке сделают операцию.

- Это риск, - шепчет мама. – Врачи не дают гарантию.

- Ничего, - усмехается. – Естественный отбор. Выживает сильнейший. Либо ему повезет, либо нет. И знаешь, он настолько меня тут достал, что я рискну.

Я пытаюсь понять, почему Кот так сильно раздражает папу. Пытаюсь и не могу. Кот же ничего плохого не делает. Совсем ничего. Неужели кто-то может раздражать только тем, что… жив?

Глава 46

- Я найду способ забрать тебя с нами на море, - обещаю Коту. – Главное – уехать из дома. Дальше будет поздно. Отцу придется согласиться.

- Это не важно, - улыбается. – Я могу и тут побыть. Только ты возвращайся. Плавай за меня побольше. Загорай. Играй на песке. А потом обязательно возвращайся.

- Ты поедешь с нами, - говорю. – Клянусь.

Я люблю Кота. А папа… кажется, папа его ненавидит. Особенно, если он называет маму «мамой». У папы лицо передергивает. Смотреть страшно.

Зато мама очень радуется. И я не представляю, как еще можно назвать ее иначе. Ну в смысле – она же и есть мама, все правильно.

А потом наступает тот самый день. Ясный. Солнечный. В такой день не может произойти ничего плохого. Ну не может же?!

Мы в автомобиле. Я. Мама. Папа. И… чемоданы. За рулем водитель. Сзади еще одна машина и одна впереди. Там охрана. Мы всегда так ездим. Отец называет это «мерами безопасности».

Я едва могу усидеть на сиденье. Кручусь. Верчусь. Кажется, у меня даже есть какая-то игрушка в руках. Солдат. Железный. Несгибаемый. Я бы хотел авто или мягкого мишку, но отец контролирует мои развлечения. Постоянно дарит этих солдат. И я играю с тем, что есть.

Странный звук. Будто камень ударяет по лобовому стеклу. А потом еще и еще.

Кто-то развлекается? Шутит? Зря. Мой отец совсем не понимает шуток. Он и улыбается редко."

"Я смотрю вперед – и не вижу нашей машины. На дороге – не вижу. Там какая-то совсем другая. У нас же все черные, а эта красная. По глазам такой цвет бьет. И прежде чем зажмуриться, успеваю заметить паутину на лобовом стекле. Очень странную. Четкую. Уродливую.

А камни все бьют и бьют. Что это?

- Назад! – кричит отец. – Назад!

Когда я снова открываю глаза, паутина становится гуще. Уже все стекло покрывает. И до меня доходит… тут нет никакой паутины. Трещины. Очень много трещин.

Взрыв. Оглушительный. Все вокруг дрожит и вибрирует. Ощущение, будто меня ударяют в грудь. Опрокидывают на пол и там нет никакого мата. Жесткая поверхность. Не тренировка. Реальность.