Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

— Старший наставник был всемогущим, он мог разогнать тучи и отсрочить снегопад хоть на десять дней, хоть на целый месяц, а может даже на пятьсот лет.

И лишь Чэн Цянь не стал вмешиваться в их спор. Он поднял голову и неопределенно усмехнулся.

Янь Чжэнмин сразу же заметил это и, вскинув бровь, обратился к юноше:

— Хочешь что-то сказать?

Легким движением руки Чэн Цян закончил вырезать невидимое заклинание и передал фонарь стоявшему поблизости Нянь Дада.

— Управлять погодой не так уж и трудно, — медленно начал он, — труднее при этом остаться незамеченным. Наш предок был в этом деле настоящим мастером, а мне, например, до него еще далеко. Кажется, нам всем следует больше стараться в этом году.

Слова Чэн Цяня потрясли всех обитателей горы Фуяо, но больше всего главу. Восседавший на своем месте Янь Чжэнмин напрягся, будто ударенный невидимым хлыстом, напрочь позабыв о лежавших рядом тыквенных семечках.

Лишь несколько напряженных мгновений спустя Лужа нашла в себе силы «пропищать» что-то в ответ:

— Значит, старший наставник решил поразвлечься и сам устроил снегопад?

Ближе к полуночи, видя, что Хань Мучунь все больше и больше беспокоится, всматриваясь в ночное небо, и совершенно потерял интерес к празднику, Тун Жу незаметно сотворил заклинание. Явившийся на зов восточный ветер потревожил висевшие на улицах фонари и, четверть часа спустя, над городком собрались тучи. С неба, словно кусочки белоснежной соли, повалили снежные хлопья.

Это случилось ровно к третьей страже.

Позднее, на девятом этаже библиотеки Ли Юнь отыскал фонарь, сделанный руками Тун Жу. Это был традиционный восьмиугольный фонарь, неброский и устойчивый. Написанная на нем загадка включала в себя всего четыре слова: «То, что успокаивает сердце».

Но деревянная табличка под фонарем была пуста, а значит, тайна так и осталась неразгаданной.

— Эй, это же несложно, я знаю ответ, — заявила Лужа и, взяв кисть, написала на табличке: «Моя родина».

Но написанные девушкой слова сразу же поблекли и исчезли.

Лужа охнула и попыталась снова. На табличке вновь появились такие выражения, как «родные края», «родные места» и множество других похожих вариантов. Не желая сдаваться, Лужа даже отправилась искать, где некогда стоял родной дом старшего наставника Тун Жу, однако и эта попытка не увенчалась успехом.

Чэн Цянь никогда не был силен в отгадывании загадок. Он лишь спросил:

— Может, это Фуяо?

Но и этот ответ не был правильным.

— Может, это какая-то шарада? — предположил Ли Юнь. — «То, что успокаивает сердце»… если разбить на слоги, получится…

— Ой, второй брат, не говори глупостей, — перебила Лужа, — никакая это не шарада. Думаешь, будь это так, учитель бы не догадался? Или ты считаешь себя умнее его?

Они долго спорили и шумели, но так ничего и не решили.