Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

Подслушивать, конечно, я не собиралась, но Кирилл как раз увлек меня вниз по ступенькам, собираясь, по всей видимости, присоединиться к другим гостям. Мы проходили совсем рядом, и я невольно все-таки смогла услышать часть столь интересующего меня разговора:

— Но ты же не собирался объявлять об этом публично!

— Максим! Не делай из меня блондинку! Ты точно намекал, еще не так давно! Говорил, что повод для приема мне обязательно понравится!

— Ах, да. Но разве ты от него не в восторге, дорогая? Такая умелая организаторская работа, стильное оформление, вышколенный персонал — ты должна гордиться своими успехами. Не так ли?

— Конечно… милый, — сквозь зубы прошипела мадам Арлиц, натужно улыбаясь.

Не сдержавшись, я прыснула в кулак — мне на миг показалось, будто ее отреставрированные пластическим хирургом скулы вот-вот треснут!

— Ты что-то смешное увидела здесь, девочка? — естественно, мое невольное проявление осталось незамеченным. Громов, не знающий о моем конфликте с ней, остановился, насмешливо выгнув бровь, явно намекая на продолжение. Ну или на расшифровку вопроса. И я бы с удовольствием стащила бы его вниз (не вопрос, Кирилла!), избегая ответа, но гости, хоть и отвлеклись на поздравление недавних молодоженов, странные маневры на лестнице могли и заметить.

— Нет, что вы, — лучезарно улыбнулась я, уже без тени страха глядя недавней обидчице в лицо. Цепляясь за крепкий локоть самого надежного из мужчин, вообще было бы глупо бояться чего-либо. Особенно всяких белокурых, прости Господи, сусликов! — Всей душой наслаждаюсь изысканным приемом. Он чудесен. Правда, Кирилл?

Громов не был бы Громовом, если бы что-то не почувствовал. Напряжение, недовольство, может, еще что… Интуиция у него всегда работала прекрасно. И сейчас, глядя на его мягкую, кошачью усмешку, я осознала — он точно всё понял. Всё, до малейшей интонации!

— Благодарю, — ее благодарность мужчине звучало так же сухо, как прошлогодний сухарик, неожиданно найденный за раскаленной чугунной батареей. А взглядом, брошенным в мою сторону, можно было ковать металл. — Лизавета, кажется, недавно вы меня недостаточно поняли. Не заставляйте меня повторять дважды.

— Повторять о чем? — поинтересовался Кирилл все с той же усмешкой, но его серо-зеленые глаза его заметно потемнели. Может, это игра света, может мне показалось, может, я снова слишком многое жду…

Но леди Арлиц странно поспешила перевести разговор на другую тему:

— Ни о чем таком, Кирилл, о чем вам бы стоило волноваться. Прошу прощения, но мы вынуждены вас оставить. Максим, дорогой, ты же хотел еще кое о чем объявить гостям, разве нет? О чем-то таком же… приятном, как о свадьбе.