Лиза на мою голову

Но по какой-то не понятной мне причине она всё продолжает извиваться.

– Я помолвлена! – вдруг выпаливает она, и только после этого отпускаю.

– Какого черта? – рычу на нее. – Опять врешь!

– Я не вру… – тянет она тихо и виновато.

– Если ты с кем-то помолвлена, зачем на меня пялишься? Или жених не очень любим?

– Я… мне… – лепечет она.

Но я не слушаю, продолжаю наступать."

"– Если ты помолвлена, какого лешего до сих пор тут работаешь? Почему какой-то жирный хлыщ тебя пытается каждый день облапать? Будь ты моей невестой, я ни за что не разрешил бы тебе продолжать такую работу…Ты врешь!

– Нет, не вру…

Она больше ни слова не говорит и несется прямо к двери.

Хочу, очень хочу ее остановить, сдерживаю себя из последних сил.

«Помолвлена, значит… теперь хоть понятна причина ее игнора… Стоп, но ведь у нее нет кольца! Что это за помолвка без кольца? Врет!»

Девчонки обожают такого рода фетиши. А раз нет кольца – нет и жениха!

Пулей вылетаю из номера, бегу на первый этаж и краем глаза замечаю, как моя лгунья спешит к центральному входу, криво нацепив какую-то куртенку.

– Черт…

Вот я с собой верхнюю одежду прихватить не догадался. Выйду на улицу в рубахе – сразу замерзну…

Колеблюсь всего пару секунд, плюю на всё и выбегаю вслед за Кареглазкой.

Морской зимний ветер сразу заставляет меня пожалеть о том, что посмел поддаться эмоциям. В первую секунду хочу шагнуть назад, но не делаю этого…

Вижу, что Кареглазка склонилась над жирным хряком, который пытался ее лапать в ресторане, и старается его поднять. А тот развалился на псевдо-мраморных ступеньках и громко стонет от боли.

Подлетаю к ним, спрашиваю:

– Что случилось?

Лиза оборачивается.

– Мне кажется, он повредил ногу… поможешь?

«Ну вот, пожалуйста, первый раз назвала на „ты“… А жизнь-то налаживается!»

Одним рывком помогаю хряку встать на здоровую ногу. Тот уже не просто стонет, орет в голос:

– Сломал! Сломал!

Глава 12. Прохладненькая водичка

В тот же день:

20:00

Лиза

– Всем построиться в линейку! – фырчит на нас с кровати дядя Улдан.

Пока приемные родители в отъезде, он занимает их спальню. Разлегся на розовом покрывале мамы Марисоль прямо в обуви и раздает указания. Если бы она только увидела эту картину, думается мне, дядя быстро бы забыл про больную ногу и выпрыгнул в окно. Но ее нет…

Он периодически морщится от боли, от этого еще больше злится и орет на нас. Хотя, как по мне, он заслужил двойной перелом обеих ног, а заодно и рук. Застращал нас до такой степени, что по одной по коридорам уже не ходили. Никому не хотелось столкнуться с дорогим родственничком. Наорет, еще и схватит за какое-нибудь место. Так паршиво, как в эти дни, он еще никогда себя не вел, видимо, сдерживал факт присутствия приемных родителей, а как остался один, подумал, что ему всё можно.