Темные не признаются в любви

Дольше всего колебалась: надевать коллар или он неуместен рядом с медальоном? В итоге решилась — и роскошное ожерелье из трех ниток черного жемчуга плотно обхватило мою шею. Стального цвета артефакт на длинной цепочке смотрелся рядом с ним гармонично.

Поглаживая за ушами разомлевшего шмыря, поинтересовалась у соседки, нужна ли помощь.

Мадлен пыталась самостоятельно надеть изумрудное, явно под цвет волос выбранное платье, в гордом одиночестве сражаясь с крючками на спине.

— Помоги, — наконец со вздохом согласилась она.

Снимать очки, делать прическу из коротких, жестковатых локонов или хотя бы подчеркнуть губы помадой девушка не пожелала. У меня дико руки чесались привязать ее к стулу и самой привести в порядок. Уверена, шмырь не возражал бы и спасать хозяйку не бросился бы. Увы, мы и так опаздывали, да и страшно к чему-либо принуждать знающую яды девушку, пусть даже ей и на благо.

Захватив из-под кровати внушительный чемоданчик, наверняка набитый всевозможными склянками и коробочками для демонстрации таланта зельевара, Мадлен сообщила, что можем идти.

Через четверть часа мы уже входили в триумфальный зал, на сцене которого конкурсантка вдохновенно играла на скрипке.

— Леди, вы опоздали и пропустили шесть чужих номеров, — укорил Грегерсон. — Элея, вы выступаете сразу после скрипачки. Мадлен, ваш номер предпоследний.

Я удивленно посмотрела на невозмутимую соседку. Какой щит? Разве он нужен для показа зелий? Ничего не пойму, а спрашивать уже некогда.

Увидев за кулисами брюнетку в белом платье, я сразу признала в ней Мирэл и по-настоящему обрадовалась. Она продолжает петь, значит, столкновение с Голодом, беглым приспешником Неназываемого бога, не сломило ее.

— Госпожа Мирэл? — на всякий случай уточнила я.

— Леди Элеяра? — В темных глазах брюнетки вспыхнул интерес. — Я безумно счастлива работать с вами!

Подобный восторг насторожил, но оказался объясним: ей рассказывали о моем выступлении в «Полнолунии».

— Я надеюсь, вы поразите давелийцев и сегодня, леди.

Давненько меня не окунали в море восхищения, тут волей-неволей выложишься, чтобы не разрушить чужую веру.

Мирэл подготовила известную песню о битве, случившейся больше ста лет назад, о так называемой Снежной сече. Посреди зимы с гор хлынули ледяники — огромные существа с алебастровой кожей, когтистыми лапами и мощными шипастыми, будто утыканными осколками льда, хвостами. Приграничный форт, спасая ближайшие поселения, удерживал нашествие несколько дней, прежде чем подоспела помощь. Мороз и снежный буран стали союзниками кровожадной нечисти. Боевики стояли насмерть, но не позволили ей ступить на земли Латории.