Память любви

Но сейчас я ничего не ощущаю — значит, она жива. Я отправляюсь в Святую Землю, чтобы отыскать ее и узнать от моего подлого зятя, что с ней стряслось. Как быстро он забыл Ронуин!

— Вижу, что не сумею отговорить тебя, Глинн, — вздохнул священник. — Очевидно, От и Дьюи где-то поблизости?

— Они согласились быть моими спутниками в этом нелегком предприятии, — улыбнулся юноша. — Позаботься о том, чтобы Рейф де Боло наградил меня толстым кошельком в возмещение за отказ от наследства.

— Что ты наговорил аббату? — рассердился священник.

— Сказал, что отец призывает меня в Уэльс. Вполне подходящее объяснение.

— Ты прав, ложь не должна быть слишком затейливой. Поезжай в Дувр, Глинн. Оттуда все еще отплывают суда, на которых переправляются во Францию те, кто хочет присоединиться к принцу Эдуарду. Молодой менестрель и двое воинов легко найдут место на палубе. Сейчас самое подходящее время года для путешествия, поскольку море спокойнее, чем зимой.

— Ты помолишься за нас, отче?

— Горячо и от души. Боюсь, ты собираешься искать ветра в поле, но не мне тебя удерживать. Если Эдвард де Боло утверждает, что твоя сестра, да упокоит Господь ее чистую душеньку, ушла на небеса, значит, так и есть, иначе с чего ему брать на себя грех лжи? Он любил леди Ронуин.

— Я тоже в недоумении, — покачал головой Глинн, — но твердо знаю: сестра жива. Почему Эдвард считает ее мертвой, для меня загадка, однако я докопаюсь до правды.

— Я позабочусь о том, чтобы Рейф раскошелился, — пообещал священник.

Получив деньги вместе с благословением отца Джона и спрятав мешочек с золотом, Глинн на следующий же день покинул замок и выбрался на дорогу, где его ожидали От и Дьюи. Юноша в последний раз оглянулся на Хейвн, гадая, увидит ли его еще когда-нибудь. Но особой скорби не чувствовал. Теперь у него есть цель, и он дойдет до конца. За время пребывания в школе он стал сильнее не только физически, но и духовно.

Пусть он предпочитает пение и стихи звону мечей, но если потребуется, проявит и мужество, и отвагу.

Через несколько дней они достигли Дувра, в гавани которого, как и говорил священник, нашли несколько кораблей, снаряженных в Святую Землю. Они без труда договорились о Проезде на крепком судне, капитан которого, валлиец, признал в Оте родича и приветствовал путников с распростертыми объятиями. После трех дней путешествия было установлено, что сестра дедушки Ота приходилась родной бабкой капитану. От объяснил также, что Глинн — еще один их родич, и к тому же менестрель, решивший отправиться в Святую Землю, чтобы развлекать воинов. Все семь недель плавания Глинн пел команде свои баллады, перекрывая мелодичным голосом шум волн.

Как только они оказались в Средиземном море, стало теплее, а потом и жарко.