Память любви

Только двое, которым как раз стригли ногти, пронзали новенькую злобными взглядами.

— Та, русоволосая, — Фатина, вторая жена, — подсказала Найлек, — а каштановые волосы у третьей жены, Хасны.

Как они вытаращились на тебя! Сразу видно, ревнуют!

— Они могут как-то мне навредить? — поинтересовалась Ронуин.

— Во всяком случае, попытаются, — кивнула Найлек.

— Но Баба Гарун меня защитит?

— Конечно, но все равно осторожность не помешает, госпожа Hyp. Нужно тщательно отобрать слуг.

— Мне никто не нужен, кроме тебя, — отказалась Ронуин. — Наши судьбы отныне связаны, и, думаю, тебе можно доверять. Но помни: если предашь меня, задушу собственными руками!

Найлек на миг растерялась, но тут же улыбнулась:

— У тебя не будет на это причин, Hyp. Клянусь, я никогда тебя не предам!

Они искупались и вместе направились в зал, где женщины собирались после бани, пили чай и сплетничали. Увидев Алию, Hyp сразу подошла к ней, опустилась на колени и почтительно склонила голову.

— Приветствую тебя, о повелительница, — прошептала она.

Алия сухо улыбнулась, но все же заметила:

— Передай госпоже Hyp, Найлек, что такая учтивость показывает ее хорошее воспитание. Надеюсь, она скоро выучит наш язык и мы сможем беседовать друг с другом. Она по-прежнему пользуется моим благоволением, ибо сумела тронуть сердце нашего господина, а зная это, не хвастается и не задирает нос, как некоторые другие. — Она мельком глянула в сторону жен халифа и громко добавила:

— Госпожа Hyp может сесть и выпить со мной чаю.

Найлек постаралась в точности передать слова первой жены дрожащим от волнения голосом.

Усадив Ронуин, она устроилась у ее ног и стала переводить. Рабыня принесла Ронуин крошечную белую с синим чашку чая.

— Ты смогла угодить моему мужу, — начала Алия. Рашид — хороший человек, хотя не выносит глупцов.

— Я не знала, что в горах за Карфагеном есть халифат, — заметила Ронуин.

— Синнебар существует с незапамятных времен, — пояснила Алия. — Он так удален от больших городов, что никогда не подвергался набегам. И хотя богатство его проистекает от золотых рудников, все же оно не столь велико, чтобы привлечь алчные взгляды.

— Но меча ислама вы все же не избежали, — возразила Ронуин.

— О, сначала народ Синнебара поклонялся множеству богов. Потом пришел некий врач по имени Лука, который обратил людей в христианство. Ты поражена, Hyp? Вижу, так и есть, но раньше здесь было много христиан, принявших ислам несколько веков назад, когда багдадская принцесса вышла замуж за синнебарского правителя. Среди нас по-прежнему немало христиан и иудеев, и все они могут спокойно здесь жить при условии, что подчиняются нашим законам. Мы глубоко уважаем чужие религии.