Долгожданный любовник

Безуспешно, хотя кровотечение и не усиливалось, волны боли становились интенсивнее, спазмы продолжались дольше, а промежутки между ними становились все короче.

Если так будет продолжаться, скоро все это превратиться в одну непрерывную агонию.

Ее оборвал стук в дверь.

Одного лишь звука голоса Хэйверса было достаточно для того, чтобы ей захотелось сбежать.

— О, дражайшая Дева-Летописеца, — пробормотала она, собираясь с духом.

— Да, — мрачно сказал Фьюри. — Входи…

То что произошло далее было настолько яростным и стремительным, что она могла описать это лишь коллоквиализмом выученным у Куина.

Весь ад вырвался на свободу.

Хэйверс открыл дверь, сделал шаг внутрь… и из своего угла Куин налетел на него с кинжалом.

Лэйла закричала, предупреждая… но он не стал убивать мужчину.

Однако, Куин и впрямь закрыл дверь с помощь тела медика… а может и лица мужчины. Трудно сказать, то ли прозвучавший удар был результатом того, что Хэйверса ударили о дверной косяк толи того, что его впечатали в дверь. Возможно, и то и другое.

Устрашающе острый клинок прижали к горлу мужчины.

— Догадываешься, что ты сперва сделаешь, задница? — прорычал Куин. — Ты извинишься перед ней за то, что обращался как с долбаным инкубатором.

Куин рывком развернул мужчину. Черепаховые очки Хэйверса разбились, одна из линз покрылась паутиной трещин, а дужка с другой стороны выгнулась под неестественным углом.

Лэйла глянула на Фьюри. Праймэл не казался особо обеспокоенным. Он просто сложил руки на своей широченной груди и оперся о стену позади нее; очевидно, происходящее его вполне устраивало. На другом конце комнаты док Джейн, сидевшая в кресле, выглядела точно также, ее зеленые как лес глаза спокойно взирали на драму.

— Посмотри ей в глаза, — со злостью прошипел Куин, — и извинись.

Когда же боец схватил целителя за грудки и встряхнул, как тряпичную куклу Хэйверс промямлил нечто невнятное.

Черт. Лэйле полагалось быть леди и не испытывать наслаждения от зрелища, но месть и впрямь была сладка.

А так же грусть, потому, что никогда не должно было дойти до такого.

— Принимаешь ли ты его извинения? — злым голосом потребовал ответа Куин. — Или предпочла бы, чтобы он пресмыкался? Я буду безмерно счастлив превратить его в коврик у твоих ног, черт побери.

— Этого было достаточно. Благодарю.

— А теперь ты скажешь ей…, — Куин снова встряхнул врача, руки Хэйверса щелкнули в суставах, его просторный белый халат заколыхался как флаг, — и только ей о том, какого черта творится с ее телом.

— Мне нужна… диаграмма…

Куин обнажил клыки и приблизил их к уху Хэйверса… будто намеревался его отгрызть.

— Херня! И даже если ты и говоришь правду? Этот провал в памяти будет стоить тебе жизни. На месте.

Хэйверс и без того бледный, стал как простыня.