Любовь в заказе не значится

Самый безопасный для окружающих способ пережить ураган внутри и не наломать дров. Непривычная для него позиция. Словно выдохся в ежедневной гонке, и из того, кто привык брать свое сам, превратился в ожидающего «счастья на блюдечке».

Как ни странно, эффект наступил быстро. Неожиданное холостячество или терапия работой - Игорь так и не понял - но к вечеру третьего дня в Питере он почувствовал, что вместо злости ощущает что-то другое. Больше всего оно походило на усталость или апатию.

Варшавский не вспоминал дни с Ольгой, не думал о проигранном тендере или доверии. Днем на работе, в своем кабинете, утром дома, в уютной спальне, он чувствовал, что делает что-то не так. Промахивается в каждой мысли и действии.

На четвёртый день как гром среди ясного неба коллег и партнёров потрясла новость об аресте высшего руководства «АльянсПрома». За что и по каким статьям секрета не было - в одной из республиканских газет вышла подробная статья с суммами, незаконно выведеными за границу, названиями банков и всей цепочкой посредников.

Мартынов лично принёс газету Игорю. Прямо при нем обвел карандашом запись в постскриптуме: «Издательство выражает особую благодарность за материал коллегам из Санкт-Петербурга».

Каким именно коллегам для обоих было ясно без уточнения. Впрочем, Варшавскому хватило и самого содержания, чтобы понять - найти и выпустить в свет такую информацию именно сейчас мог лишь один человек. Тот, который не выходил у него из головы.

Вечером этого дня он не сдержался впервые. Коля снова был отправлен прохлаждаться домой, а Игорь сам завел Мерседес.

Глава 22. Любимый, надёжный, родной

«Я не грустный, я сложный.

Девчонкам такие нравятся».

Сериал «Доктор Хаус»

Ольга никак не могла это объяснить, но второй день подряд, ей казалось, что Игорь где-то рядом.

Началось эта мания вчера вечером. Она только-только поблагодарил Воинова за статью, почитала в новостях об арестах и планировала прогуляться перед сном с Никитой на улице.

Это была бы их первая вечерняя прогулка. Раньше Ольга боялась так свободно выходить вдвоем из дома в позднее время. После нескольких десятков звонков Хасим чудился под каждым кустом, но недавняя новость от знакомой из посольства положила конец страху: «Его встретили в Москве и отправили назад. У нас точно никто не знает, но ходит слух, что в вещах что-то нашли. Что-то запрещенное. Выясню подробности - сообщу, но пока ближайшие несколько лет въезд для него закрыт».

В то, что бывший посольский работник, объехавший несколько десятков стран, может совершить такую ошибку, Ольга не верила. Это больше походило на сказку. Зато она отлично знала, кому под силу любую сказку сделать былью. Знала и очень скучала по этому волшебнику.