Любовь-морковь и третий лишний

Если мы сталкивались с Ожешко во дворе, то та старалась быстрей шмыгнуть мимо, опустит глаза и рысью в подъезд. Иногда, впрочем, мы беседовали, ну типа:

«Добрый день, хорошая погода, до свидания». Ни ей, ни мне не хотелось никаких отношений. Потом я заболела, долго по клиникам моталась, спасибо Яше, в свое время он начал фарфор собирать, статуэтки, антиквариат. Я их продала, квартиру на домик выменяла, но это уже неинтересно, важен итог: живу в Изобильном вместе с любимым Епифаном, никого мне, кроме него, не надо, ухаживает за нами соседка, Мария Николаевна, я плачу ей за услуги. Она, конечно, надеется после моей смерти домик получить, только зря. Ничего ей не оставлю, она животных не любит, случись со мной беда, мигом Епифана выгонит. Если откровенно, лишь кот меня на земле и держит, иногда лежу ночью в кровати и думаю: почему еще к Яше не ушла? А потом как стукнет в сердце: Епифану-то всего пять лет, куда ему без хозяйки? На помойку? Ой, беда!

– Павлик не объявлялся, и, где он, вы не знаете? – безнадежно спросила я.

– Именно так, – отрезала Каролина Карловна, – я очень хорошо к нему относилась, но, видно, Павел решил отрезать прошлое целиком. И не надо на меня смотреть такими глазами! Как, по-вашему, мне его было отыскать? Ходить по улицам и кричать: Павел Закревский, ты где?

Фамилия показалась знакомой. Закревский, Закревский…

– Он же Ожешко, – удивилась я, – Павел Ожешко.

– Нет, конечно! Ожешко была Альбина Фелицатовна, она, выйдя, так сказать, замуж, оставила свою девичью фамилию, а Павлик, естественно, стал, как и Евгений, Закревским!

Внезапно мне стало жарко, так, как будто я по глупости влезла в шубе на банную полку. Павел Закревский, молодой мужчина-стилист, любовник Тины Бурской, а заодно и воздыхатель Жанны. Все вокруг считают, что неудачливая актрисулька отравила свою подругу из ревности, хотела иметь Павлика в единоличном владении. Так вот кто…

– Что-то не так? – насторожилась Каролина. – Отчего ты сидишь с вытаращенными глазами.

– Нет, просто мне пора бежать, огромное спасибо за помощь.

– Счастливого пути, – вежливо ответила Каролина Карловна, – найдешь время, заходи, мы с Епифаном будем тебе рады.

Ноги понесли меня к выходу.

– Сделай милость, просто прикрой калитку, – велела Хованская, – не дергай замок.

Я обернулась, хотела сказать «конечно», но неожиданно вымолвила совсем другое.

– Дайте мне листок бумаги.

– Зачем? – удивилась хозяйка.

Но мои глаза уже приметили на маленьком столике у торшера блокнот с ручкой.

– Оставлю вам свои телефоны и адрес.

– Но зачем? – повторила Каролина. – Я не выхожу из дома.

– Если вам потребуется моя помощь – звякните, сразу примчусь.