Любовь и риск

Она задумалась: знал ли их Майкл?

— У меня тоже был очень напряженный вечер. Полнолуние и летняя жара всегда доставляют нам много «веселья». Я занималась тремя пятнадцатилетними ребятами, которые попробовали друг на друге свои ножи. Возможно, члены какой-нибудь банды «Кровь» или что-нибудь в этом роде.

Эбби нечаянно задела больное место: она увидела, как сжались его зубы. Но, очевидно, Майкл был не расположен откровенничать.

— Да, тебе определенно было веселее, чем мне. Ты кончила?

Он не хочет говорить об этом случае, подумала Эбби. Но почему? Очевидно же, что кровавое столкновение ребят взволновало его. Но стоит ли вызывать его на откровенность?

— Свэнн говорил, что ты работал с некоторыми из уличных банд.

— Иногда, — неохотно ответил Майкл.

Эбби разочарованно вздохнула. Она поспешила с вопросом, и это только спугнуло Майкла. Попробуем иначе. Остался последний ход.

— Хочешь взглянуть на себя в зеркало?

Майкл устало покачал головой.

— В этом нет никакой надобности.

Он наблюдал, как она умело убирает инструменты, и подумал о том, какими нежными были ее руки, когда она снимала швы, каким освежающим было их прикосновение, когда она оказывала ему первую помощь в тот памятный и страшный вечер. И какими точными, уверенными были все ее движения. Его поражало, что хирургические инструменты, требующие твердости и сноровки, могли принадлежать женщине, которая принимала по ночам звездные ванны и наслаждалась рок-н-роллом. Такое удивительное сочетание пристрастий молодой женщины очаровывало его.

Иногда он мечтал поддаться искушению и вновь очутиться во власти этих исцеляющих рук; ее нежные красивые пальцы, прикасаясь, успокаивали его, снимали боль, отгоняли дурные мысли. Ее глаза потеплеют, когда он расскажет ей о своих тревогах. Майклу было просто необходимо, чтобы кто-нибудь близкий понимал его, кроме Свэнна и обычных завсегдатаев, собиравшихся в местной таверне. Но тот не поймет, кто никогда не был копом. Это стало особенно ясно Майклу, когда он женился на женщине, так и не понявшей его. Они расстались…

— Как бы ты отнеслась к моему предложению — пойти в оперу? — спросил Майкл, не очень уверенный в ее согласии.

Эбби почувствовала себя несколько растерянной. Она еще не отделалась от неприятного ощущения при виде его стиснутых зубов. И вдруг — опера? Но улыбка, обращенная к ней, была такой открытой, искренней.

— Опера? — она помолчала. — Никогда не думала об этом.

— Не будь упрямой, не обкрадывай свою душу. Я уверен, тебе понравится «Волшебная флейта» Моцарта. В мире музыки существует много замечательного, кроме твоего излюбленного рок-н-ролла.

Но сама Эбби далеко не разделяла его уверенности.

— Они поют по-английски, — уговаривал он ее.